Итальянская кровь многое объясняет, я полагаю, в эмоциональном микромире каждого из её членов, мало соответствовавшего ни тогдашнему польскому, ни, тем более, «сарматскому» стандарту.
Станислав-Август не был исключением: многие страницы его записок свидетельствуют об этом.
Итак, прадедом его был Торелли; дедом — Франц Понятовский, сын Джузеппе; бабкой — Елена Понятовская, принадлежавшая по рождению к чистопольской семье Невяровских.
Станислав Понятовский-старший, отец Станислава-Августа, был, судя по всему, одной из наиболее заметных среди польского дворянства первой половины восемнадцатого века фигур. Европейски образованный, талантливый, деятельный, на редкость простой в общении, прекрасно владевший пером, он не только верно служил Польше и Литве на нескольких весьма ответственных постах — именно служил, а не занимал эти посты, как это бывало сплошь да рядом в те времена, — но и был широко, и с самой лучшей стороны, известен в Европе. Во Франции — прежде всего. Вольтер не случайно встречался с ним, и переписывался с ним, и так высоко оценил его в своей «Истории Карла XII»
[1]
.
1
См.
приложение I к тексту «Мемуаров».
Характеризуя Станислава Понятовского-старшего сто лет спустя после его смерти, польский историк М. Бобржинский писал: «Выдав свою сестру Констанцию за Станислава Понятовского, они (князья Чарторыйские — В.С.) сумели привлечь на свою сторону этого необыкновенного человека, который, начав рядовым шляхтичем, приобрёл высокое положение на службе Карла XII, а потом, перешедши на сторону Августа II в качестве мазовецкого воеводы и коронного главнокомандующего, сделался одной из первых политических сил»
[2]
. М. Бобржинский упоминает и о «знаменитом сочинении» Понятовского-старшего «Письмо польского шляхтича», где изложены основные требования политической программы партии Чарторыйских-Понятовских — введение сильного правления и уничтожение «золотой свободы» — то есть, знаменитого liberum veto, доставившего Станиславу-Августу, судя по «Мемуарам», столько неприятностей и хлопот. Перу Понятовского-старшего принадлежит, как полагают, и книжка «Замечания польского дворянина к «Истории Карла XII» господина де Вольтера», вышедшая в 1741 году в Гааге на французском языке.
2
Бобржинский. М. История Польши, т. 2, СПб, 1891, стр. 257-258.
Пятеро сыновей этого человека все прожили достойно свой век — и все верно служили интересам Польши, даже за её рубежами. О самом старшем сыне, обер-камергере, достаточно пишется в «Мемуарах»; обратим лишь внимание на то, что он в молодости служил во французской армии. Немало сделал для своей страны брат мемуариста Анджей, хоть он и стал генералом австрийской службы.






