По виду его почти не отличить от тех, что продаются за баснословные деньги у именитых брендов, а Ратмиру думаю, будет всё равно. Не станет же он просить чеки в конце концов?
Уложив волосы мягкой волной, рассматриваю себя со всех сторон. Выгляжу идеально — как и полагается содержанке. Тело пахнет парфюмированным лосьоном, кожа
сияет. Остались детали.
Я выдавливаю на ладонь маленькую таблетку, которая защищает от незапланированной беременности и запиваю её достаточным количеством воды. Принимать оральные контрацептивы нужно каждый день. И это моя забота, а не клиента. Чтобы не забыть, я ставлю будильник на одно и то же время. Дети — это прекрасно, но не от женатого мужчины и не сейчас. Я бы хотела родить ближе к тридцати, когда буду прочно стоять на ногах и ни от кого не зависеть, потому что у меня перед глазами есть пример того, как один залёт может перевернуть кувырком всю жизнь. И хотя мама ни разу не упрекнула меня в этом, не получается не думать о том, что было бы, если бы я не родилась?
Взглянув на часы — слегка раздражаюсь. Интересно, что Ратмир подразумевает под «скоро»? Уже прошло два с половиной часа, а его до сих пор нет. Позвонить ему я не имею возможности. Высказать претензии — тем более.
Кто я? Бесправная игрушка? Дорогая купленная блядь?
Последний нюанс, который я планировала сделать перед приходом Мира — воспользоваться лубрикантом, чтобы хоть немного облегчить себе участь. Это тоже моя забота. Раньше мне этого не требовалось — наш секс и без того был прекрасным и возбуждающим, но сейчас я осознаю, что замыкаюсь и боюсь очередной близости.
Нанеся специальный гель на кончик указательного пальца, отодвигаю стринги в сторону. Пытаюсь забыть всё плохое и представить, что Ратмир — мой мужчина. Я жду его дома после работы. Беззаботная, лёгкая и счастливая. Он возвращается, улыбается и глубоко целует. Вкусно пахнущий, доступный и тёплый. Сжимает крепко — до хруста костей, будто ни за что и никогда не отпустит. У нас впереди вечер и ночь, а ещё одна жизнь на двоих.
Я провожу пальцами между половых губ, содрогаясь от резкого нахлынувшего желания. Секс у меня был давно, поэтому такая реакция вполне закономерна, но доходить до пика самостоятельно я не
хочу. Будет лучше, если распалённое состояние достанется Ратмиру. От него требуется всего лишь не жестить. Возможно, я даже кончу.
Стрелки часов показывают начало одиннадцатого, но телефон по-прежнему молчит, а в подъезде царит гробовая тишина. Состояние напряженное. Нервы натягиваются, как тетива.
Для чего было обещать? Чтобы проверить мою терпимость? Ответственность? Преданность?
Я выхожу на кухню и достаю из холодильника охлаждённое белое вино и выкладываю закуски на круглую деревянную доску: сыр, хамон, орешки и оливки.






