ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Петербург второй половины XIX века, время Достоевского. Те же юноши-анархисты и революционеры, те же кабаки и трактиры, то же унижение бедностью и крайней нуждою. И такой же ужасающий произвол чиновно-полицейской машины. Мистика, «бомбисты», нежные души и слабые сердца в борьбе со злом. Приключения, едкое нравоописание поданы в тонкой оправе русской психологической прозы. Вкус автора и качество текста безукоризненны. Сумерки Антон Лаптев Петербург второй половины XIX века, время Достоевского. Те же юноши-анархисты и революционеры, те же кабаки и трактиры, то же унижение бедностью и крайней нуждою. И такой же ужасающий произвол чиновно-полицейской машины. Мистика, «бомбисты», нежные души и слабые сердца в борьбе со злом. Приключения, едкое нравоописание поданы в тонкой оправе русской психологической прозы. Вкус автора и качество текста безукоризненны. Антон Лаптев СУМЕРКИ Глава первая Маленькая станция, затерявшаяся где-то под Санкт-Петербургом, прямо на тракте, одиноко светила желтоватым огоньком мутных, затянутых инеем стекол оконец. Дикие набеги вьюги бесцельно разбивались о домишко станционного смотрителя, более похожего на крепкую избу крестьянина-общинника, нежели на пункт, в коем усталый путник может наскоро перекусить чем бог послал, покуда ямщик не сменит усталых лошадок на свежих. Происходила наша история в одна тысяча восемьсот шестьдесят четвертом году. Внутри станция выглядела, как и должно выглядеть станции. Она была просторна, в одну большую комнату, с небольшой

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Конечно, граф и Троекуров разных лет, а потому это только так, к слову обмолвилось. Все, простите, из-за витиеватости слога-с. А вот и бумаги! — наконец-то нашел Коперник нужный документ и торжественно протянул его Безбородко, держа на вытянутых руках, словно это был некий раритет, пред коим стоило, по крайней мере, преклонить колена.

Иван принял нотариально заверенную перепись завещания и стал внимательно вчитываться в нее. Внезапно в глаза ему бросилась нижняя строка, написанная мелко и другой рукою, нежели сам документ.

— А это что значит? — ткнул он пальцем в надпись. — Это же уведомление о рассмотрении суда верности завещания.

Коперник несколько переменился в лице, но продолжал хитро улыбаться и быстро ответил:

— Это так, ничего-с. Это просто другие наследники Троекурова пытаются оспорить верность. На это нечего смотреть. Это все глупости-с!

— Как же глупости? Если право графа на наследование спорно, то о каком требовании к его превосходительству вы говорите? — не унимался Иван.

Коперник сильно заволновался. Он вновь вскочил со стула и даже нагнулся к посетителям.

— А вот и имеет право! Потому как суд признал право Драчевского на это наследство! И ежели вы не желаете удовлетворить законные требования моего клиента, то уж мы сразу в суд подадим. В суд! Да-с, ваше превосходительство, — еще ниже перегнулся Коперник через стол, обращаясь к оторопевшему Гаврилову, да так, что его ноги в дрянных сапогах повисли над грязным затоптанным полом, — уж мы сумеем через это дело вас ославить! И в газетах, и в свете…

Испуганный генерал коротко замахал на адвоката руками:

— Да что вы, сударь, такое говорите?

Коперник, видя, какое впечатление произвели его слова на старика, удовлетворенный, уселся на место и как ни в чем не бывало достал из жилетного кармана табакерку, вынул оттуда понюшку и по-свойски предложил сидевшим напротив. Ивана даже передернуло от такого неприкрытого цинизма.

— Ну что, господа, будем договариваться? — захлопнув табакерку, спросил адвокат, обводя Безбородко и Гаврилова взглядом своих шустрых глазок. — Вы ведь, чай, по собственной мудрости именно за этим пришли ко мне.

— Хорошо, — через силу произнес весьма ошарашенный столь сильным давлением генерал. — Каковы ваши требования?

Лицо циничного адвоката озарила легкая тень улыбки. Таковой обыкновенно бывает улыбка акулы, увидавшей где-нибудь в теплом море на другом конце света беззащитные ноги ныряльщика за жемчугом.

— Да-да, очень мудрое решение, ваше превосходительство. Да-с. Приступим. Итак. — Коперник достал откуда-то из-под стола новую папку и торжественно возложил ее на стол. — Мой клиент, коего я имею честь представлять, желает возмещения понесенного вследствие несправедливости ущерба.