ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Наследие Алан Фостер В этом новом триллере «Пип и Флинкс» Алан Дин Фостер демонстрирует великолепие, которое сделало его одним из самых ярких представителей научной фантастики. В Patrimony фанаты узнают о своей любимой рыжеволосой женщине с изумрудными глазами, сверхъестественными способностями и ядовитой минидрагой больше, чем они когда-либо мечтали. Я знаю, кто твой отец. . . Гештальт. Потрясенный Флинкс слышит эти предсмертные слова от одного из ренегатов-евгеников, чьи эксперименты с людьми двадцать с лишним лет назад потрясли галактику. . . и породил Флинкса. Итак, Флинкс и его минидраг Пип отправляются на Гештальт, отдаленную планету, идеально подходящую для тех, кто никогда не хочет, чтобы его нашли, игнорируя советы тех, кто думает, что Флинкс мог бы лучше использовать свое время для поиска древнего разумного оружия. платформа, которая может быть единственным шансом галактики остановить быстро приближающееся истребляющее бедствие. Флинкс может согласиться с ними, но поиски наследия побеждают. (Простите, галактика!) Может ли Гештальт дать ключ к темному прошлому и странным силам Флинкса? Эксцентричный одиночка в отдаленном районе может быть отцом, которого Флинкс никогда не переставал искать, возможно, единственным человеком, который может разгадать тайну его рождения и его удивительных, мучительных способностей. Чудак, который дольше живет в отдаленном районе далекой планеты, может быть отцом, которого Флинкс никогда не переставал искать, возможно, единственным челове

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он не мог отменить, ему не было позволено отменить то, что более широкие и глубокие умы, чем его собственный, объявили непреложным.

Он продолжит поиски гигантской оружейной платформы Тар-Айым, которая маскируется под коричневого карлика. Он не сдавался. Люди никогда не сдавались, какими бы безнадежными они ни казались. Только машины анализировали имеющиеся улики и, когда все казалось безнадежным, спокойно признавали все, включая собственное существование. Если он продолжит, если он не сдастся, это будет по крайней мере одним признаком человечности, за который он сможет уцепиться. Как бы он ни начал в этом сомневаться.

Поднявшись с палубы, он двинулся вперед и устроился в кресле пилота, которое так недавно истерически освободилось. Впереди было несколько часов пути. Затем Тлоссен, его шаттл, и терпеливо ожидающий на орбите Учитель. Жду, когда он скажет ему, что делать, куда идти дальше, на какую планету нужно планировать высадку.

Неудивительно, что он всегда так хорошо ладил с корабельным разумом. Требуется один искусственный интеллект, подумал он с горькой непочтительностью, чтобы узнать другого.