То же самое было, когда он повторил запрос, используя псевдоним ныне покойной Мелиораре, Шивил Теодакрис. Хотя надежды у него были уже меньше, чем когда он сел, он еще не разочаровался. Его предварительные вопросы были резкими и нетребовательными. Чтобы убедиться, что «Шелл» имеет доступ ко всему спектру знаний Содружества, он открыл общий файл сибирской безопасности самого Общества. Это, по крайней мере, должно быть доступно любому, кто проявляет бесспорный интерес к прямолинейной истории науки Содружества.
Центр «Шелл» ответил немедленно и исчерпывающе, предоставив ему полную официальную историю Мелиорарес: как они и их деятельность были обнаружены и быстро поставлены под запрет, характер их запрещенных евгенических экспериментов, как их выслеживали одного за другим. , судимых, осужденных и осужденных, а также анализ небольшой, но грязной главы, которую они представляли в истории биологических исследований Содружества.
Это была санкционированная история, которую дал ему Shell. Он позволил себе легкую улыбку, изучая предложенную информацию. Не все получилось именно так, как утверждалось в официальных отчетах. Во-первых, некий эксперимент Мелиораре по имени Филип Линкс все еще находился на свободе, его беспокоили и осаждали как внутри, так и снаружи, но он все еще оставался полностью самим собой и явно не был стерт мозги. Он поерзал в кресле, мысленно готовясь. Пришло время исследовать глубже и по-другому.
Он начал копать тоннель.
Что-то из того, что он делал, было законным, что-то нет. Ранее проникнув в сам терранский панцирь, ему не составило труда избежать внутренней плавающей безопасности гораздо менее хорошо защищенного панциря на Гештальте. Его защищенные разделы открылись для него если не как книга, то, по крайней мере, в виде трехмерных подфайлов — цветка информации. Несмотря на прохладный воздух в административном здании, на его лбу выступили капельки пота, пока он копал, бурил и продвигался все глубже в недра местного центра.
Он нашел мало того, что было явно незаконным — в конце концов, это была не Визария, — и много того, что некоторые граждане имели основания желать скрывать, но ничего, что имело какое-либо отношение, форму, уток или форму к мертвой Мелиораре Кокароль. или к тревожному запрещенному обществу, к которому он принадлежал. Чем глубже заползал Флинкс, тем больше он разочаровывался. Рискуя быть обнаруженным, он ввел свое настоящее имя, прозвище и даже то, что узнал из личной истории своей матери. Все зря, все зря. Там ничего не было. Ни намека на слова, ни проблеска в утке пространства, ни намека на что-либо, связанное с Обществом, с его родословной или с ним самим.
r />
При прямом зондировании дали ноль, он туннелировал вбок.






