Могу я вас отвлечь от трудов?
Отложив тряпку, Катя вытерла мокрые руки о джинсы и поправила платок.
– Честно говоря, я со священником впервые разговариваю. Вы не сердитесь, если я что-то неправильно сделаю. Вы меня поправите. Мне еще многому надо учиться… Я, кажется, должна была у вас благословения попросить?
– Бог благословит, – осенив ее крестным знамением, ответил отец Роман и указал на кресла у стены. – Присядем.
Катя села, положив руки на колени. Почему-то ее сердце замирало в ожидании того, что может сказать ей священник. А он молчал, перебирая янтарные четки. Его длинные тонкие кисти казались мраморно белыми на фоне черной рясы.
– Вы знаете, что это за остров? – спросил он, не поднимая головы и продолжая глядеть на свои четки.
– Немного.
– Здесь когда-то была резиденция греческих королей. Вилла, как сейчас говорят. И церковь. Место уединенное. И на острове постоянно кого-то прятали. Знаете, в королевских семьях тоже бывают непослушные дети, беспутные кузены, горячие племянники. Убьет кого-нибудь на дуэли – и сюда под крылышко к любящему дяде. А еще тут монастырь замечательный. Тоже удобное место, куда можно спрятать человека. Девушку, мечтающую выйти замуж не за того, за кого следует выходить. Или вдову, которой совершенно незачем носиться по Европам, тратя нечаянное наследство. Много тут разных житейских историй приключилось, много судеб повидал этот остров. И казалось, что более надежного укрытия в мире нет. А вот теперь мне так больше не кажется. Сыскали ведь! – Он покачал головой и повернулся к Кате. Голос его звучал горько, но глаза улыбались. – Сыскали, безобразники. Слышали, что тут ночью творилось? Имел беседу с полицейским начальством, обстоятельную беседу. Могу вам доложить, что и как. Интересуетесь? Или предпочли бы ничего не знать?
– А как я должна ответить?
– А что в голову придет, то и отвечайте, не мудрствуя.
– Хочу знать.
– А было тут вот что. Ночью на остров высадились парашютисты. Сели, надо сказать, с невероятной отвагой и точностью там, где их никто не мог увидеть, на голые скалы. Спустились с гор вот сюда, вошли в дом. Но охрана была наготове.
– Что им было нужно?
– А вы не догадываетесь?
Она помотала головой, не в силах произнести то, что пришло ей на ум.
– Значит, Михаил Федорович не стал посвящать вас в некоторые детали своей биографии, – с мягкой улыбкой произнес отец Роман. – Возможно, когда-нибудь он бы и сам рассказал вам все это. Но упустил время. И теперь за него это сделаю я. Для начала позвольте спросить, насколько серьезно ваше намерение задержаться в нашем монастыре? То есть я понимаю, что у вас есть серьезные причины для такого шага.






