ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Январь 1999 года. Катя знакомится с потомком русских эмигрантов Майклом, и кажется, что возникшая искра симпатии разгорится в пламя настоящей любви. Но выясняется, что Майкл – родной правнук последнего российского императора Николая II, и, создавая семью, он обязан руководствоваться чувством долга. А в это время в Москве идет подготовка к схватке за власть. Один из претендентов – влиятельный губернатор, генерал Деев. Нанятые олигархом Ольховским проныры-консультанты предоставляют ему весомые аргументы, что семья Николая II была спасена и, возможно, где-то скрывается венценосный наследник. Деев задумывается о его ликвидации. Этого же хотят два спецагента секретной службы одной из западных стран. Действуя согласно тайной директиве вековой давности, они должны сыскать и уничтожить прямых наследников дома Романовых. Вскоре в российской глубинке зверски убивают неимущего старика. Распутывая это дело, следователь выясняет, что старик страдал болезнью Алексея Романова, а еще находит написанное в 1941 году письмо царевича, которое переносит нас в 1918 год.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чтобы легче дышать, он ослабил узел галстука, да так резко, что треснула материя и отлетела пара пуговиц.

– Увел девушку, сукин кот, прямо из стойла, ладно, если бы там какой-то цыган-конокрад, а то ведь никто. Стопроцентный никто во всем. И в драке, и в деньгах, и даже в своей же науке!

Свою жизнь Деев сознательно выстроил так, чтобы доказать Лене Орловой, а может, и себе, что она сильно ошиблась в том, что не смогла его оценить. Он думал об этом и за полярным кругом, где холод стальным обручем стискивал голову, и в пустынях Средней Азии, где на зубах скрипел мерзкий песок. Он поставил перед собой задачу стать круче всех, и даже президента, на случай того, если вдруг ее избранником станет сам президент. И теперь, когда, казалось, он осуществил дело всей своей жизни, выяснилось, что он превзошел всего лишь Сеню! Сеню!!! Этого вынести он не мог. Значит, вся его жизнь прошла насмарку, все его старания, лишения и жертвы были ни к чему, потому Сеню мог переплюнуть любой.

В горле пересохло, хотелось пить. Вспомнилась початая бутылка коньяка в ресторане. А еще хотелось выговориться. Очень хотелось. С кем-нибудь, кто не знает его и с кем он больше никогда не встретится. Хотелось так сильно, что прямо сейчас садись в поезд…

Он оглянулся на охранников:

– Свободны!

Они застыли, тупо глядя себе под ноги.

– Прошу вас, парни, – сиплым голосом произнес Деев, стягивая надоевший галстук, – дайте расслабиться. Это мой город. Я хочу хотя бы десять минут пожить в нем без конвоя. Короче, пошли вон! Кругом!

Они четко развернулись через левое плечо.

– Бегом… Марш!

Оба стартовали достаточно резво, но, отбежав на десяток шагов, притормозили и оглянулись.

– Уволю на хрен! – рыкнул на них Деев, и охранники, припустившись, скрылись за углом.

«Вызовут скрытую наружку», – с тоской подумал генерал. За углом замаячили окна стекляшки-кафе. Он, не раздумывая, повернул в его сторону. Кафе уже закрывалось, в зале не было никого, кроме одного мужчины, который допивал свой кофе и тоже собирался уйти.

Войдя вовнутрь, Деев крикнул:

– Выпить и поговорить!

Завидев его, к нему навстречу кинулся хозяин заведения, с лицом, будто сошедшим с плакатов «Внимание! Розыск!».

– Пшел вон! – поморщился Деев и, выхватив у ресторатора бутылку, направился к единственному посетителю кафе. Тот, мельком на него взглянув, продолжил пить свой кофе.

«Не узнал, значит, не местный, – удовлетворенно подумал Деев и, протянув руку, представился:

– Вася.

– Федор, – пожав ее, равнодушно ответил мужик.

– А что Федя, не составишь мне компанию? Хочется выпить, а один – не могу, – сказал Деев и, увидев в глазах у Феди сомнение, добавил: – Ты не думай, я угощаю.

– А я и не думаю, – ответил Федя. – Я просто не очень люблю пить, особенно поздно и особенно с незнакомыми людьми.