ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я состоялась в мире мужчин и осталась одна. Думала, справлюсь. Как все супер-девочки. Но вот из ниоткуда появляется он. Ни о чем не спрашивает, ничего не объясняет — просто берет то, что хочет. Как все волки. Он грубый, наглый и притягательный до невозможности — и точно не тот, кто нужен мне. Он швырнет нас в водоворот безбашенной страсти и сделает со мной то, что мне и в самых дерзких снах не снилось. Мы больше не увидимся — так я решу. НО… у него другие планы. Секс, безудержный и много. Местами мат. Иронично. Взрослые, неидеальные и неоднозначные герои со своими предысториями и без иллюзий. Психология отношений — и не только. Эмоции и драмы, большие и маленькие — всё как в жизни и всё без конца… Первая книга цикла "Бесконечная".

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Эт правильно.

Если «эт правильно», тогда я просто обязана взглянуть, хотя бы ему назло.

Взглянула.

Видимо, лицо надо было сделать попроще.

— Не впечатляю? Блять, ну телка кинула. Че, по мне видно, да?

Решаю, что благоразумнее не отвечать.

— Киданула, сука. Все бабы — суки.

Его глаза яростно жгут меня — волком смотрит. Серым волчищем. Глаза, что ли, серые?

Присматриваюсь: нет. Это я придумала, что серые, потому что они… серые. Но с янтарным блеском. Да, волк. Чертовщина какая-то.

От него несет куревом, сам какой-то взъерошенный. Помят, щетина, едва уловимый перегар — и все-таки не бомж вроде. Молодых русских бомжей я здесь не видела.

Я не морщусь, не пересаживаюсь — и не боюсь ни капельки. Наоборот, нахожу его забавным. Он угрюм, обижен, вот и покусывается. Как будто жалуется, что обидели его. Ну как его, такого, бояться?

— Все суки, — не унимается он. — Думаете, не так? «Так-мне-и-на-а-адо?» По вам видно — думаете.

— Ничего я не думаю, — произношу, откидывая назад голову. — Устала думать. А насчет сук — так это вам видней.

Он вдруг резко всхохатывает, и огонь в его глазах уже больше не яростный — он веселый такой:

— Браво, детка. Страйк.

— Чего это вы со мной фамильярничаете… и тыкаете мне… — даже не спрашиваю его — устало-оглушенно констатирую факт.

— Тыкаю? А это мысль… Чего?

Последний вопрос, заданный с недовольством, что прервали его, направлен не ко мне, а к полной, сильно накрашенной девушке-контролеру прежде, чем та успевает сказать ему:

— Наденьте маску, пожалуйста.

— Нету, — пожимает он плечами. — Забыл.

— Тогда вам придется выйти.

— Три-гэ зато есть. Три-гэ хотите посмотреть? — предлагает он вызывающе, показным жестом тянет руку куда-то в сторону ширинки.

— Нет. Выходите.

«Три-гэ» его она не проверяет.

Сейчас он пошлет ее, к ней подвалит подкрепление — два дюжих мужика, тусующихся тут же, на подхвате. Начнется перепалка, проверка билетов-документов, если они у него, конечно, есть.

С тоской понимаю, что, каков бы ни был исход сих назревающих разборок, мне не удастся покемарить до моей станции. Однако заранее жалко мне становится не себя, а его. Прикрываю глаза до «щелочек» и, пошарив в кармане плаща, молча протягиваю ему запасную маску.

Он спокойно, будто так и надо, напяливает ее, натягивает на свой прямой профиль, сопровождает это действие легким кивком в мою сторону и даже бормочет: «Мерси».

Контролер ошеломлена, и, не вспомнив про 3G, идет своей дорогой.

После ее ухода он укоризненно, но уже совсем не грубо спрашивает меня:

— Че сразу не напомнила про маску?

Я удивляюсь не запанибратскости вопроса и не этому мерзкому тыканью опять, а тому, что и сама не заметила, что он без маски. В ответ только пожимаю плечами.

— Испугалась?

— Да ну.