ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я состоялась в мире мужчин и осталась одна. Думала, справлюсь. Как все супер-девочки. Но вот из ниоткуда появляется он. Ни о чем не спрашивает, ничего не объясняет — просто берет то, что хочет. Как все волки. Он грубый, наглый и притягательный до невозможности — и точно не тот, кто нужен мне. Он швырнет нас в водоворот безбашенной страсти и сделает со мной то, что мне и в самых дерзких снах не снилось. Мы больше не увидимся — так я решу. НО… у него другие планы. Секс, безудержный и много. Местами мат. Иронично. Взрослые, неидеальные и неоднозначные герои со своими предысториями и без иллюзий. Психология отношений — и не только. Эмоции и драмы, большие и маленькие — всё как в жизни и всё без конца… Первая книга цикла "Бесконечная".

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не стали ж вы б потом в меня шмалять, как тот выродок — в кассира на заправке.

— Кто ж меня знает.

Его глаза теперь сверкают странно и… весело. В глуховатом голосе, не высоком и не низком, есть хрипотца, но совсем больше нет никаких ноток наезда. А мне, пожалуй,

хватит

.

— Ох, ну ладно, — поднимаюсь с места, потому что мне, вроде как, выходить.

На самом деле мне ехать еще три станции, но что-то больно уж события быстро развиваются. Не всегда это хорошо, когда ты с кем-то на одной волне. Слово за слово… Глядишь, подхватит тебя эта волна и понесет — а тебе надо?..

И вообще, ситуация начинает напоминать мне школьные годы, когда группа парней докапывалась до меня в автобусе. Тогда я их не боялась, потому что мне было выходить раньше них. Они приставали от нечего делать и вместе бы со мной не вышли — мы тогда жили в Аренсфельде, автобус ходил раз в сто лет. Но телефон вымогали до упора. Номер телефона.

А теперь я даже не знаю, на что это похоже. Знаю, что всю эту неделю работала, как заведенная, недосыпала и теперь нахожусь под неким нездоровым кайфом. Вернее, меня пошатывает от слабости и вышеупомянутого злоупотребления кофеином. Поэтому, наверно,

реагирую

так на этого… взъерошенного.

Реагирую? Да. Я отвела глаза от его глаз, пытаюсь устремиться к каким-нибудь другим мыслям, только бы его взгляды — тот, волчий, и тот, свежий, веселый, дерзкий…

красивый

— говорю себе внезапно — не горели так больше, не жгли.

Он срывается с места, идет за мной:

— Ладно, так и быть.

А меня сшибает с ног то, что он тоже встал, увязался за мной. Потому что не бомж, не маньяк, не отморозок — я же вижу. Просто очень сильно достали его, вот и он решил подоставать меня.

— Что — так и быть? — спрашиваю резко, глядя на него в упор, отбросив спокойную, стабильную индифферентность.

— Я согласен. Пошли.

У него в глазах не осталось и тени иронии.

Так, кажется, это взгляд номер три. Такого я у него еще не видела. Кажется, обычно под таким взглядом — красноречивым, настойчивым, будоражащим, «уламываются» все те, кого он только что наградил столь собирательным эпитетом. И я даже не пытаюсь разобраться в том, на что конкретно он сейчас согласен.

Просто волна, паразитка, неожиданно оказалась цунами. А как реагировать на цунами? Правильно — ругаться, молиться, пытаться драпать — кому что ближе. Или не делать ничего.

Поэтому я даже не отвечаю — любая реакция на его поползновения смешна. Стою, смотрю в открывшиеся двери, в которые он порывается выйти. В которые не собираюсь выходить сама.

Он останавливается в коротком замешательстве, бросает мне взгляд, потом еле заметно кивает, мол, все понятно. И устраивается напротив — сканировать меня. Ждать.

Мы стоим наискосы друг от друга, я не смотрю на него. Смотрю в сотку.