ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Человек раздавлен, унижен, над ним совершили гнусное преступление. Разве можно жить с этим? Можно, если отомстить своим обидчикам. Он, униженный и оскорбленный, задумывает месть изощренную и страшную. И уже почти дошел до конца. Но останавливается. Он не может. Потому что он человек. Но и жить с этим тоже не может. Каникулы Николай Хрипков Человек раздавлен, унижен, над ним совершили гнусное преступление. Разве можно жить с этим? Можно, если отомстить своим обидчикам. Он, униженный и оскорбленный, задумывает месть изощренную и страшную. И уже почти дошел до конца. Но останавливается. Он не может. Потому что он человек. Но и жить с этим тоже не может. Николай Хрипков Каникулы 3. В ПРИВОКЗАЛЬНОМ ПАРКЕ Пахом мельком взглянул на часы. Но от Стаса это не укрылось, и он дернул вверх головой, знак, означающий «сколько там уже натикало? Не пора ли нам пора? Как бы не опоздать?» — Не волнуйся! Еще целых полчаса. Можно не торопиться! — И чего он так долго стоит в этой глухомани? В крупных городах постольку не стоял. Плетемся еле-еле. — Говорили, что бригада меняется, тепловоз другой прицепят. Ну, то сё, пятое-десятое. Ну, ладно тебе! Не парься! Всё лучше, чем в вагоне. Или уже соскучился по вагонным нарам? Или тебе еще не надоели эти морды? Тут все-таки, какая-никакая природа. Свежий воздух. Никого вокруг. Лепота! Улыбаясь, Пахом театральным жестом показал на корявые клены, плотные заросли акации, высокий бурьян, таивший в себе темноту. — Ну, да, — согласился Стас. — Пахнет мочой и гни

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Вам нужна психологическая реабилитация, Пахом! Иначе вам может грозить какое-нибудь расстройство.

Пахом забыркал губами. Рита снова улыбнулась, сделала несколько затяжек и медленно затушила бычок о край стеклянной поллитровой банки, наполовину заполненной пеплом и окурками. Нагнулась над сумочкой, недолго задержала там руку, достала и протянула, держа за ствол, Пахому пистолет. Пахом машинально отодвинулся к стенке. Первая мысль была о том, что это муляж.

— Иди и убей их! Пистолет заряжен. Нужно снять только с предохранителя. Быстро и всерьез.

Рита показала, как это делать. Пахом еще дальше отодвинулся к стене. Серега забыл про обед. Смотрел на Риту с приоткрытым ртом.

— Я покажу, как это делается. Ведь ты никогда не держал оружия в руках. Вот так берешь…

Рита вытянула руку к окну. Зажмурила левый глаз. Пахом проглотил слюну и затаил дыхание. Однако, Рита не так-то проста.

— Да! Не держал! — сказал он. — В тире, правда, стрелял. Ни разу не попадал.

— Видишь, как всё просто! Прицелился и нажал на спусковой крючок. Всё! Враг твой — покойник. С двух шагов не промахнешься!

— Всё? Как это просто.

— Всё! Проще пареной репы.

— Действительно, как просто убить человека. Нажал и человека нет.

Рита опустила руку с пистолетом. Посмотрела на Пахома.

— Я не хочу их убивать. Я хочу, чтобы их жизнь превратилась в мучение, в пытку, чтобы они больше никому никогда не причинили зла. А убить — нет, это не для них. Героями они не будут.

— Кушать подано! Идите жрать, господа! — бодро скомандовал Серега. Он уже успокоился.

Стал резать хлеб. Потом расставил бокалы. Поставил на газплиту чайник. Зазвякал ложками. Расставил всё на столе.

— Поиграли и хватит! — сурово сказал Серега. — Кстати, Пахом, у Риты есть право на ношение табельного оружия. Вот так-то, дружище!

— Что? Она мент? Или Джеймс Бонд?

— Бери выше! Джеймс Бонд — это растереть и вытереть.

— Ё! неужели… не могу поверить.

— Еще выше! Выше бери планку!

— Неужели? Да быть того не может!

— Это тайная структура, о которой знает лишь несколько человек.

Пахом рассмеялся. Он уже успокоился.

— Зря смеешься, дружище! Менты сдают табельное оружие после дежурства. Ну, теперь до тебя доходит! Она не мент!

— Ладно! Доходит! Хорош прикалываться! А всё-таки носить оружие в сумочке — это как-то по-женски!

25. КОГДА КРОВАТНЫЙ СКРИП ПРИЯТЕН

Грохот был слышен на самой далекой окраине Чернореченска. А что вы хотели? Субботний вечер. Молодежная дискотека. Такое мероприятие не мог пропустить ни одни чернореченский инфантил. И жизнь у них в основном шла от дискотеки до дискотеки.

— Я их срисовала, — крикнула Рита. Здесь можно было только кричать, чтобы тебя услышали. — Надо подождать! Они еще только разогреваются. Да! Для психиатров здесь немеренно работы.