ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман «Следопыт» — первое крупное прозаическое произведение известного туркменского поэта Чары Аширова, автора романа в Стихах «Конец кровавого водораздела». …Бурные события 30-х годов. Борьба с басмачеством. Первые колхозы на туркменской земле. Не стихают схватки с байскими пособниками, которые получают поддержку из-за кордона. Особенно ожесточенной была борьба с врагами Советской власти в пограничных районах и на границе. Следопыт Чары Аширов Роман «Следопыт» — первое крупное прозаическое произведение известного туркменского поэта Чары Аширова, автора романа в Стихах «Конец кровавого водораздела». …Бурные события 30-х годов. Борьба с басмачеством. Первые колхозы на туркменской земле. Не стихают схватки с байскими пособниками, которые получают поддержку из-за кордона. Особенно ожесточенной была борьба с врагами Советской власти в пограничных районах и на границе. Авторизованный перевод с туркменского Г. СОЛОВЬЕВА Туркм2 А98 Издательство «Туркменистан», 1974. Перевод на русский язык. ОБ АВТОРЕ Народный писатель Туркменской республики Чары Аширов многостосторонне и плодотворно работает в советской художественной литературе. Он не только один из наиболее популярных оригинальных поэтов республики. Ашировым переведены на туркменский язык многие классические произведения русской поэзии и прозы. Благодаря его творческому энтузиазму и художественному уменью впервые на туркменском языке появились лучшие стихи и поэмы Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Шевченко, Маяковского. Проза Гоголя

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сухов и пограничники внимательно глядели туда, куда показывал юный следопыт.

— У них, вероятно, и груз имеется. Вот тут сидел сам нарушитель, а здесь лежал его груз… — показал Баллы на сухую траву, вроде бы придавленную чем-то тяжелым.

И слова Баллы, и приметы, которые он называл, были весьма убедительны. Люди с уважением глядели на этого зоркого и умного мальчика.

— Давайте-ка, ребята, и мы отдохнем, — и Иван Павлович объявил десятиминутный привал.

Баллы всматривался в то место, где сидели нарушители, словно приглядывался к живым людям.

— Товарищ Сухов, лупа в эти дни всходит поздно, скала от нее светлеет тоже за полночь. Но они не рискнули идти по скале даже при луне, видимо, боялись сорваться, поэтому и оставались здесь до рассвета.

— Ночью преспокойно отоспались, — добавил светловолосый старшина и посмотрел на Баллы. Но мальчик отрицательно покачал головой.

— Нет. Как вас зовут? — несмело спросил он говорившего.

— Старшина Василий Петрович Иванов.

— Нет, старшина Иванов, спали они не так уж спокойно. Вот, смотрите, один из них, кажется, все время сидел, — лишь в одном месте примята трава. И горелых спичек много, видимо, от волнения часто курил.

— Если он курил, то где-нибудь поблизости могут оказаться и окурки, — заметил старшина и стал внимательно осматриваться.

— Да нет же, такие никогда не бросают окурков куда попало, — вступил в разговор Сухов.

Баллы присел на корточки:

— Смотрите, пепел от папиросы…

Начальник заставы осторожно собрал папиросный пепел на ладонь.

— Кажется, вот это передвигалось, — заметил мальчик, приподнимая небольшой плоский камень. Под ним лежало пять расплющенных папиросных окурков.

Сухов поднял их:

— Папиросы не советские, видите марку… Да, если выкурено пять папирос, значит, они сидели здесь, по крайней мере, час, — предположил он и опустил окурок в карман.

[7]

Сыркын — горное растение.

Затем все разом поднялись и пошли дальше по следу нарушителей.

— Товарищ Сухов, — обратился к нему Баллы, — смотрите, следы изменились, пошли ступня в ступню, на травяные и песчаные покровы не наступают, об камни не спотыкаются.

— Верно, Баллы, верно.

— А почему? — рассуждал дальше юный следопыт, — они, видимо, отдыхали тут до самого рассвета. А утром решили идти след в след, как будто один человек.

Этот «один» след привел к самой скале. Не сводя глаз с еле заметных следов, Баллы начал взбираться по ее уступам. Все остальные осторожно, но быстро следовали за ним. Вот они взошли на узкий выступ горы, извиваясь, он вел преследователей все выше и выше.

Для того, кто вырос не в горах, горные выступы могут показаться страшными. Без основательной тренировки лазить по ним трудно. Вот и старшине Василию Петровичу Иванову было нелегко поспевать за другими.