— Странно, да? — продолжал Васкес. — Собаке ведь и той надо отлить.
— А когда в последний раз шел снег? — спросил Виджиано, не обращая внимания на Васкеса и бессознательно выстраивая из нескольких найденных на столе спичек две аккуратные параллельные прямые.
— Два дня назад, — ответил Бейли.
— И что, никаких следов? Так-таки целых два дня возле фермы никто не появлялся? — Прямые сложились в квадрат.
— Нет, разве что они летать научились, — ухмыльнулся Бейли, — и псы заодно тоже.
— Я таки повторю, мальчики, зря вы теряете время, — проговорил местный шериф, тучный рыжеволосый мужчина с коротко подстриженными усами, беспрестанно потевший. Пот на его розовом лбу и щеках походил на стеклянные бусины, пристежной галстук потерялся в мясистых складках шеи. — Я знаю этих людей. Это народ законопослушный, богобоязненный. Патриоты.
— Это вы уже говорили, — резко сказал Виджиано. То, что шериф Хеннесси продолжал настаивать на своем, положило конец его и без того короткому — о чем было всем известно — терпению. — Но они еще, помимо всего прочего, находятся в федеральном «черном списке» как подозреваемые в связях с арийскими националистами. — Бейли яростно закивал и выразительно уставился на Хеннесси. — Да, мы действительно не знаем наверняка, совершили они что-либо противозаконное или нет. Но что мы точно знаем, так это, что три дня назад из Национального музея криптологии был украден экспонат и тот, кто его украл, не оставил никаких улик, которые бы нам удалось найти, кроме подвешенного, словно говяжья туша, трупа охранника. Кроме того, вчера мы получили звонок, где на этих людей указывалось как на причастных к совершению преступления.
— Да знаю я это. — Хеннесси принялся обмахиваться бумажной салфеткой. — Так ведь тот, кто звонил, может быть, чокнутый. Что это доказывает?
— Это доказывает, что звонивший знал о краже. А если учесть, что АНБ в принципе об этом решило не распространяться, знать о ней можем только мы либо лицо, причастное к совершению преступления. И этой версии мы собираемся придерживаться с вашей помощью или без нее.
Хеннесси тяжело откинулся на спинку стула и что-то пробормотал.
— Ну что, как будем действовать? — спросил Бейли, явно довольный тем, что шериф сдал свои позиции.
— Я не буду сидеть и ждать, пока эти придурки выползут из норы, — объявил Виджиано. — Мы пойдем туда сами. Сегодня же.
За столом послышался одобрительный шепот, один лишь Хеннесси молчал.
— Но хочу кое-что прояснить, — продолжал Виджиано, — неизвестно, как все повернется, так что «хаммеры» надо будет оставить, а неподалеку спрячем мотоциклы. Надеюсь, они нам не понадобятся. Васкес?
Васкес встал и перегнулся через стол.






