ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иоганн Вольфганг Гёте – поэт и писатель, мыслитель и философ, естествоиспытатель и государственный деятель. Его литературные творения – ярчайшие из жемчужин не только немецкой, но и всей мировой классической литературы. «Совершенно безразлично, в чем проявляется гениальность человека – в науке, в ведении войны и в управлении государством или в том, что он сочинил песню, – писал Гёте, – важно лишь одно: чтобы мысль, остроумное высказывание, деяние жили и были способны на дальнейшую жизнь». В сборник включены избранные стихотворения в классических переводах, поэма «Герман и Доротея», а также отрывки из трагедии «Фауст». Стихи Гёте, в основе которых зачастую лежат законы народной поэзии, отличаются глубиной мысли и философичностью содержания, с необычайной силой и яркостью раскрывают мир чувств. Поэзия Гёте, обогатившая немецкий язык и немецкое стихосложение новыми образами, словосочетаниями, рифмами и размерами, отнюдь не стала фактом истории литературы, она живет и дышит в сердцах почитателей гениального поэта. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

IX

Урания

Будущность

Музы! любви задушевной помощницы нежные, самиВы превосходному юноше путь до сих пор пролагали,До обрученья еще прижали к груди его деву, —Споспешествуйте союз прекрасной пары упрочить,Тучи, что счастие их омрачают, немедля рассейте!Прежде, однако, всего, расскажите, что делают в домеМать в нетерпенье вступила в мужскую комнату в третийРаз, откуда она, хлопоча, недавно лишь вышла,Речь заводя о грозе, о быстром луны затемненьи,Об отсутствии сына потом и опасностях ночи;Стала друзей порицать, что, не молвя с девушкой словаИ предложенья не сделав, так бросили юношу рано.«Не увеличивай зла! – отец недовольный воскликнул, —Разве не видишь, – и сами мы ждем не дождемся развязки».Но равнодушно сосед начал говорить, не вставая:«Вечно покойного я отца поминаю в минутыВсяких тревог с благодарностью: он еще в мальчике кореньНетерпенья во мне до последнего отпрыска вырвал,Так что мудрец ни один ожидать, как я, не сумеет».«Как же, – пастор спросил, – ухитрился старик, расскажите?»«Я расскажу вам охотно, и пусть себе это заметитКаждый, – ответил сосед. – Я мальчиком раз, в воскресенье,С нетерпеньем стоял и не мог дождаться кареты,Нанятой в тот день везти нас к колодцу под липки.Только она не являлась, а я, как хорек, поминутноБегал по лестнице вверх и вниз и от двери к окошку.Руки свербели мои, столы я царапал, топталсяВзад и вперед, и едва-едва не катилися слезы.Все это муж рассудительный видел; когда же я слишкомСтал дурачиться, он меня, за руку взявши, покойноПрямо к окошку подвел, с такой мне памятной речью:«Видишь ли, там напротив сегодня закрыта столярня?Завтра ее отопрут – заходят пила и рубанокОт зари до зари во все рабочее время.Только подумай о том: когда-нибудь утро настанет,Мастер, со всеми рабочими вставши, возьмется за дело, —Гроб готовить тебе и кончить скоро и ловко,И понесут к нам оттуда заботливо дом деревянный,Где терпеливый равно и нетерпеливый покойноВ скором времени будут лежать под тяжелою крышей».Тотчас мысленн

о все на глазах у меня совершилось:Доски, казалось, прилажены, черная краска готова.Сел я покойно и стал ожидать терпеливо карету.Если в сомнительном теперь ожиданьи другиеБегают, суясь везде, я тотчас гроб вспоминаю».С легкой улыбкой заметил пастор: «Значительный образСмерти – мудрым не страх, добродетельным не кончина.Первых он к жизни зовет и их вызывает на подвиг,А во вторых укрепляет надежду спасения в горе:Смерть становится жизнью тем и другим; и родительБойкому мальчику в смерти на смерть указал понапрасну.Юноше должно показывать старость почтенную, старцуЮность показывать должно, чтоб оба они любовалисьКруговращением вечным, и жизнь восполнялась бы жизнью».Но отворилася дверь.