ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Продолжение приключений Ивана Лудильщикова в Европе Почти Целитель 8 Ставр Восточный Продолжение приключений Ивана Лудильщикова в Европе Почти Целитель. Часть Восьмая. Глава 1 14 ноября 1910 года. «Однако, как быстро время летит. Я в Европе почти 2 года, а словно вчера прибыл. А если подумать, столько всего случилось — и не перескажешь, »- рассейский граф Иван Фёдорович Лудильщиков, наследный Бо Китайской империи, почётный гражданин Рима, член попечительского совета главного европейского университета, кавалер множества орденов различных держав, сидел на балконе над лучшим рестораном на бульваре Ларватто. За последние месяцы у него новая традиция образовалась: по вечерам понедельников он отправлялся к Каюзакам. Понедельник — день после выходных. Люди после отдыха в работу да учёбу окунаются, многим не до увеселений делается. Посему на улице, где главные злачные места Монте-Карло располагаются — в первый день недели народу вдвое, если не втрое меньше разгуливает. В казино выручка, почитай, мизерная, да и в ресторане у Анри можно даже столик свободный обнаружить. Словом, самый спокойный вечер на неделе. И вот, пользуясь этой передышкой, Ваня с Каюзаком в супружеской квартире, что над самым рестораном располагалась, взяли в обычай пробовать напитки, что Анри изобретал в больших количествах. Сидели обычно на балконе — иногда Ваня представлял подобную дегустацию в Петербурге, на балконе его особняка, да в январе… здесь же климат позволял. Удобно развалившись в креслах, наблюдали за

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Наконец-то я смог Вас увидеть! Позвольте представиться — Роберт Альфонсо Тафт, сын Уильяма Говарда Тафта, президента Соединенных Штатов Америки, для друзей и близких просто Боб. А это мои друзья…

Дальше пошли светские представления и приветствия всех и вся, и вот очередь дошла до Ивана.

— А это мой близкий друг, с которым ещё в юности мы вместе учились в Царскосельском лицее. Рассейский граф и наследный Бо империи Цин, Высший Целитель Лудильщиков Иван Федорович.

— Очень приятно! — сверкнул белозубой улыбкой сын президента. Но пока его больше интересовала Наталья. — Знаете, Наталья Феликсовна, мне показывали Ваш портрет! И должен сказать, что он был прекрасен. Но в жизни Вы ещё великолепнее.

— Боб, ты счастливчик! Такая Красавица! А сколько в ней магии! Мы все очарованы! — выдал один из приятелей, вызывающе сверкнув глазами.

«Как кобылу покупает! Ах он хорёк!» — окончательно разозлился Иван, но продолжал внимательно прислушиваться к завязавшейся беседе. В которой пока предпочёл не участвовать. Каюзак с Лилией стояли рядом, как верные оруженосцы.

— А вот подскажите…

— Не поверите, но с Вами ощущаю себя так легко…

— Ну, что вы!…

— Нет, нет! Это что-то! Фантастика! Прямо родство душ. Нам нужно обязательно…

Наталья? Наташа, будучи хозяйкой приёма, была обязана проявить радушие. Американец? Никаких граней дозволенного он не пересекал. В открытую «подкатывал» в Наталье? Так на это он получил одобрение её семьи. Иван? А Иван даже кавалером на вечер не выступал, да и в целом в рамках их с Наташей отношений никакого статуса, дарующего ему право претендовать на девушку и отгонять от неё всяких разных, не имел.

«По-моему, этот хмырь к ней нагло подкатывает?» — в голове Лудильщикова проявилась озадаченная мысль Каюзака.

«Мадлен их поженить хочет», — послал Ваня мысль в ответ.

«Дела… Может, грохнем его?» — раздался в голове. — «Давай! На тебя никто не подумает!»

И ей Богу, Ивану очень хотелось ответить «да»…

«Спасибо друг, но пока не стоит».

«Но, если что, ты имей в виду!»

А между тем сын президента сам решил «разделаться» с возможным конкурентом:

— Ведь не ко всем судьба благосклонна, — изображая искреннюю печаль, покачал головой молодой Тафт. — Есть люди, которым просто не везет. Им приходится довольствоваться лишь статусом любовника. Представляете? И даже больше, если у девушки появится сильный муж, то и эти отношения могут потерять свою жизнеспособность. Разве ж настоящий мужчина потерпит, чтобы «постельные клопы» обитали в спальне благоверной?

Раздался внезапный хруст раздавленного бокала.

— Ох, господа, прошу прощения! Я порой такая неуклюжая, — виновато произнесла Лилия, делая незаметный шаг вперед.