ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Продолжение приключений Ивана Лудильщикова в Европе Почти Целитель 8 Ставр Восточный Продолжение приключений Ивана Лудильщикова в Европе Почти Целитель. Часть Восьмая. Глава 1 14 ноября 1910 года. «Однако, как быстро время летит. Я в Европе почти 2 года, а словно вчера прибыл. А если подумать, столько всего случилось — и не перескажешь, »- рассейский граф Иван Фёдорович Лудильщиков, наследный Бо Китайской империи, почётный гражданин Рима, член попечительского совета главного европейского университета, кавалер множества орденов различных держав, сидел на балконе над лучшим рестораном на бульваре Ларватто. За последние месяцы у него новая традиция образовалась: по вечерам понедельников он отправлялся к Каюзакам. Понедельник — день после выходных. Люди после отдыха в работу да учёбу окунаются, многим не до увеселений делается. Посему на улице, где главные злачные места Монте-Карло располагаются — в первый день недели народу вдвое, если не втрое меньше разгуливает. В казино выручка, почитай, мизерная, да и в ресторане у Анри можно даже столик свободный обнаружить. Словом, самый спокойный вечер на неделе. И вот, пользуясь этой передышкой, Ваня с Каюзаком в супружеской квартире, что над самым рестораном располагалась, взяли в обычай пробовать напитки, что Анри изобретал в больших количествах. Сидели обычно на балконе — иногда Ваня представлял подобную дегустацию в Петербурге, на балконе его особняка, да в январе… здесь же климат позволял. Удобно развалившись в креслах, наблюдали за

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ничего страшного, с кем не бывает! — поспешил перехватить девушку Иван, одновременно подключаясь к ней мыслеречью. Чтоб тут же чуть не «оглохнуть»:

«Я убью его!!!»

«Стоять! Держи себя в руках!»

«Но, Глава! — девушка очаровательно улыбнулась Тафту, и у того „внезапно“ похолодело в груди. — За такое он заслуживает смерти!»

«Рано! Пока рано!»

А меж тем, видя пассивность «конкурента» и «благосклонность» собеседницы, (Наталья, несмотря на всё усиливающееся желание воткнуть собеседнику вилку в глаз, прекрасно держала лицо), Тафт ещё больше «распустил хвост». А вот Лудильщикова очень заинтересовала резкая перемена настроения Натальи. Уж он-то её знал, и знал, как она злилась. Теперь же она… предвкушала.

«Так, а эта что ещё задумала?»

Во время всего приёма над головами привычно раздавалось озорное тявканье — Наташины (и её подруг) летающие пёсики были всеобщими любимцами. Собачья «авиация» кружила под потолком: команда подросших щенков, возглавляемая сэром Себастьяном Манификом Стремительным (для друзей Басси) и его менее известным напарником Йорком Разящим!

И именно сейчас эта пёсья братия заходила на крутой вираж, выполняя приказы командования (в лице княгини Гримальди).

— Что за⁈- завопил Тафт, когда на него и его товарищей пролился внезапный теплый дождик. — Ах вы, мелкие поганцы!!!

Реакция, что неудивительно, у сына президента оказалась на высоте, а потому он сумел не только увернуться от «подлой атаки», но и сделал попытку ударить в ответ.

Вскинув руку, он выкрикнул заклинание. В потолок устремился огромный огненный шар…

Вернее, должен был устремиться. Но хотя в день приема во дворце и ослабили антимагический барьер (для большего комфорта высоких гостей), но сильные проявления магии всё равно блокировались.

А потому, единственное, чего американец смог добиться — жалкая чадящая искра, что растаяла в воздухе метрах в пяти от его руки… И отряд стражи, который мгновенно оказался на месте использования боевого заклинания.

— Господа, что здесь происходит? — поинтересовался Максимус, вытянувшийся перед Натальей и готовый грудью закрыть её от внезапного нападения.

— Ничего страшного! — поспешила успокоить командира гвардии коварная подстрекательница инцидента. — Просто Басси с Йориком расшалилась и устроили небольшой переполох. Ничего особенного не произошло.

Девушка сделала шаг в сторону, давая пройти понурившейся компании. Непострадавшие, в том числе и сын президента, стояли, неприязненно прищурившись. Наталья же была — сама приветливость.

— Вы уж не сердитель на моих любимцев, Роберт! Иногда они любят поозорничать. Они не хотели ничего плохого.

— Кхм, ну, конечно, — молодой Тафт оценил обстановку и даже обворожительно улыбнулся.