ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ленинград, 1970-й год. Алексей Волков — юноша-маг, который ничего не знает о магическом мире и мечется между необходимостью скрывать свои способности и желанием применить их во благо. Ему удавалось прожить шестнадцать лет, не засветившись перед Органами Контроля. Кто бы мог подумать, что обычная стычка с соседом-рецидивистом приведет к тому, что его персоной заинтересуются оборотни, старые Магические Семьи, КГБ… и, чем черт (которого, конечно, нет) не шутит, возможно, сам Темный Лорд? Окунитесь в альтернативный фантастический мир вселенной Дж. Роулинг, перенесенный в реалии СССР 70-х годов.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На улице было сыро и сумеречно, но в воздухе уже висело томительное предчувствие марта. Двор-колодец пах талым снегом, мокрой штукатуркой и далеким, сладковатым запахом выхлопных газов с проспекта.

Алексей побежал. Холодный весенний ветер ударил в лицо.

Вдох — запах мокрого асфальта и прелых прошлогодних листьев.

Выдох — он разгонял энергию по венам.

Он был молод. Тело пело от восторга движения, но тенью накатывала мысль:

«Надолго ли?»

Каждый рассвет, встреченный на свободе, казался подарком. Он тренировал тело не ради значка ГТО. Он готовил себя к побегу, к бою, к выживанию. Он использовал усиление, чувствуя, как Сила укрепляла его связки.

На старой спортивной площадке он схватился за ледяную перекладину. Металл обжег ладони холодом. Подтягивания, отжимания. Он упивался этим огнем.

6:30. Вернувшись домой, он прошел в ванную. Здесь пахло хозяйственным мылом и хлоркой. Здесь никогда не капала вода. Стоило трубе дать слабину, как он, проходя мимо, просто желал, чтобы металл «залечил» себя.

Заперев дверь, набрал в таз ледяной воды, он опустил руки в воду. Сосредоточился на молекулах. Вода, в одно мгновение, стала ласковой, парной, идеальной температуры. Он умылся, наслаждаясь этим моментом личного, тихого триумфа над бытовыми неудобствами.

Вернувшись в комнату, он увидел, как первый луч весеннего солнца, пробившись сквозь облака, упал на пол пыльной золотой полосой.

Комната, узкая, как «пенал», была образцом эргономики. В углу, под самодельным светильником, располагался его небольшой рабочий уголок. Здесь, на фанерном столе, лежали паяльник, тиски, горстки радиодеталей и схемы. От этого угла всегда пахло канифолью, оловом и теплой пластмассой.

Это было его инженерное царство, и небольшой, но стабильный заработок. Он чинил соседям и знакомым приемники, магнитофоны, используя талант и немного Силы для «доводки». На эти деньги он покупал дефицитные лампы и нужные компоненты.

Но главным сокровищем был «Рубин». Огромный, цветной телевизор. Парень собрал его из двух «мертвых» аппаратов, найденных на барахолке, докупив детали в комиссионках, и месяц колдовал с паяльником и

воздействием

на выгоревшие схемы.

Алексей вышел на кухню, чтобы поставить чайник.

Кухня была огромной, залитой ярким утренним светом. Здесь пахло жареным луком, дешевым табаком «Прима» и свежезаваренным чаем. Пол был выложен новой плиткой. Рядом стояла электрическая плита. Старая проводка дома не выдержала бы такой нагрузки, но Алексей тайно укрепил её структуру, используя Силу.

У окна сидел дядя Миша — бывший фронтовик. Дядя Миша прекрасно понимал, что его внезапное избавление от тяги к бутылке — не просто чудо. Он знал, что Алексей что-то сделал, но никогда об этом не говорил, из благодарности.