Кремово-карие глаза Джорджа изучают моё лицо, задерживаясь на губах, и я ерзаю на своем месте. Желая поскорее убраться отсюда, я откашливаюсь.
— Вам нужно было со мной увидеться?
Ян протягивает мне листок бумаги, и я перечитываю его. Это все дурацкие слова, которые я даже произнести не могу, не говоря уже о том, чтобы понять их значение. Это на грёбаном адвокатском жаргоне. Я моргаю.
— Не понимаю.
Джордж откидывается на спинку стула.
— Всё просто, Эмили. У твоего отца было завещание. Ну, трастовый фонд.
— Хорошо.
Я не удивлена. Мой отец всегда готовился к неожиданностям и понимал, что смерть – это часть жизни. Он хотел, чтобы обо мне и моей матери заботились.
— Мы собираемся собраться вместе для оглашения завещания?
Именно это мы и сделали, когда родители моего отца скончались. Они были миллиардерами, и у них было двое детей, мой отец и мой дядя Джек. Нам пришлось лететь в Техас и встречаться с их адвокатом, и он перечислил все активы, которые они оставили своим детям. Всё прошло не очень хорошо. Они оставили моему отцу более семидесяти пяти процентов своего состояния. Мой дядя был в бешенстве. С тех пор я его не видела.
— Завещание у тебя уже в руках, — Джордж указывает на бумаги, которые я всё ещё держу в руках.
— Я не понимаю.
Я снова смотрю на них. Нигде не вижу упоминания ни о моей маме, ни обо мне.
— Он назначил меня душеприказчиком, — объявляет Джордж.
— И? — облизываю пересохшие губы.
— И теперь я отвечаю за всё.
Сглатываю комок, образующийся в моем горле.
— Что ты имеешь ввиду под всем?
— Мы были равными партнерами в «York and Wilton Construction». Мы начали это вместе сразу после окончания колледжа, — рассказывает он.
Да, на деньги моего отца.
Он ведет себя так, будто я не знаю.
— Дом? — Вот что меня волнует.
Самое главное – убедиться, что моей матери есть где остановиться.
Джордж смотрит на мистера Яна, а затем снова на меня.
— Тоже мой.
Я встаю.
— Не понимаю, как он может быть
твоим
, — ворчу я, начиная злиться. — Он записан на имя моего отца.
Он построил ей этот дом пять лет назад. Это было именно то, о чем мама всегда мечтала. Она придумала всё, начиная от мозаичной плитки и хрустальных люстр и заканчивая цветом краски в шкафах. Ради бога, она заказала ковры, которые привезла самолетом из Парижа.
— Нет. Он на имя компании, — Джордж открывает ящик стола и достает конверт. — И у нас с твоим отцом было соглашение.
— Что за соглашение? — я пытаюсь отдышаться.
Он проводит им по столу, но я не делаю ни малейшего движения, чтобы подойти и взять его.
Откинувшись на спинку стула, он скрещивает руки на груди.
— Если один из нас умрёт, оставшийся партнер имеет право первым выкупить свою долю в компании за заранее оговоренную сумму, — он кивает на Яна. — Это указано в том документе. Черным по белому.
Беру конверт и держу его в руке.






