ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Наш современник, заядлый кладоискатель, волею случая оказывается в XVIII веке на территории нынешней Кубани. Книга будет интересна ценителям изящного классического слога, а также, любителям приборного поиска – так называемым «чёрным» и «белым» копателям. Основанное на реальных исторических событиях, это произведение – не просто фантастическое приключение, но и глубокое погружение в эпоху. Читатель будет иметь возможность насладиться яркой языковой палитрой того времени: от сочного казачьего говора, до изысканных оборотов русского дворянства, и витиеватых узоров речи восточных народов. Роман предлагает уникальный взгляд на прошлое глазами современника, раскрывая малоизвестные страницы истории освоения Кубани.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

24 глава

Анна шла в университет как на казнь. Каждый шаг отдавался в висках тяжёлым стуком, а в груди сжималось ледяное кольцо тревоги. Утро выдалось хмурым. Небо затянуло серыми тучами, моросил мелкий дождь, и даже капли, стучавшие по зонту, казались ей зловещим аккомпанементом к предстоящему испытанию.

Она остановилась у кованой ограды, вдохнула сырой воздух, пытаясь унять дрожь в пальцах. «

Ещё пять минут, и всё решится. Либо я останусь, либо…»

Мысль оборвалась, не желая принимать худший вариант.

— Надо держаться, — прошептала она, сжимая ручку сумки. — Просто идти и постарайся быть максимально убедительной.

Но как тут быть убедительной? Ведь она действительно встречалась со студентом. А ещё она действительно танцевала пилатес на шесте в ночном клубе почти каждую ночь, чтобы оплачивать лечение матери, гасить ипотеку, и бог знает ради чего ещё. Это ведь всё была одна и та же женщина, и сейчас ей необходимо будет либо всё отрицать, либо в конце концов сознаться.

Она остановилась у дверей актового зала, глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках. «

Надо держаться. Нельзя показывать слабость».

Когда она вошла, гул разговоров стих. Головы повернулись к ней. В первом ряду сидели родители, чьи лица она помнила по собраниям: строгая мать отличницы Смирновой, отец двоечника Петрова, ещё несколько человек, чьи имена она не могла вспомнить. За столом в центре — ректор Михаил Иванович, деканы факультетов, двое мужчин в строгих костюмах, видимо, из прокуратуры.

Но самое неожиданное — в середине зала, рядом с ректором, стоял Кирилл.

Анна замерла. «

Что он здесь делает? Почему он здесь? Его вызвали или он сам пришёл?»

Сердце заколотилось быстрее, в голове закружились другие вопросы: «

Он пришёл поддержать? Оправдать? Или… признаться?»

— Анна Петровна, — голос ректора прозвучал неожиданно мягко. — Пройдите, пожалуйста, ближе. Мы уже всё обсудили. Сегодня стало понятно, что произошло на самом деле.

Она медленно подошла, чувствуя, как подгибаются колени. Кирилл смотрел на неё спокойно, почти отстранённо. В его глазах не было ни вины, ни страха. Только решимость.

— Кирилл только что рассказал нам историю, которая всё объясняет, — продолжил ректор. — Теперь я прошу его повторить это в вашем присутствии.

Кирилл сделал шаг вперёд. В зале повисла тишина, такая плотная, что слышно было, как тикают часы на стене.

— Это я написал анонимный пост в университетском чате, — сказал он чётко, без колебаний. — Я придумал историю о том, что мы с Анной Петровной встречаемся. И что она якобы работает стриптизёршей в ночном клубе.

По залу прокатился шёпот. Кто‑то ахнул, кто‑то недоверчиво покачал головой.

— Зачем? — спросил один из родителей, нахмурившись.