— Почему она всё время спит?
— Сильные препараты и наркоз. Ей нужно восстановиться.
Дни потянулись вязко, почти беременно. Мира то приходила в себя, то вновь засыпала. Я метался по палате, не находя места, чувствуя себя бесполезным. Почти не ел. Почти не спал.
И в какой-то момент просто вырубился — прямо в кресле, рядом с её кроватью. Сон накрыл мгновенно, будто удар по голове.
Проснулся резко — от тишины. Слишком тихо. Настолько, что даже аппарат у изголовья молчал.
Я поднялся. Мира всё так же лежала на кровати, спокойно, почти умиротворённо. Слишком спокойно.
На мониторе — прямая линия.
Пальцы похолодели.
— Нет… — я шагнул к ней, схватил за запястье. Ничего. Пульса нет.
— Мира! Слышишь? Эй! — голос сорвался. — Проснись… пожалуйста!
Я стал её звать и трясти. Прижал её руку к губам — холодная, как лёд.
— Не смей, слышишь?! Не смей! — крикнул я, чувствуя, как горло сжимает судорога.
Мир сузился до этой палаты, кровати, до её неподвижного лица.
И вдруг….. рывок.
Я вдохнул резко, будто вынырнул из глубины. Холодный пот стекал по спине, сердце колотилось.
Всё то же кресло. Та же палата.
А она… открыла глаза и смотрела на меня с усталой, но живой улыбкой.
— Привет, — тихо сказала она. — Устал меня караулить?
Глава 62
Мира
Я проснулась. Не потому что болело, не от кошмара. Первый раз за прошедшие дни — осознанно.
Воздух пах лекарствами и стерильной свежестью, будто весь мир вокруг вымыли до скрипа. Белый потолок, ровный свет, тихий писк монитора где-то сбоку. Попробовала пошевелиться — боль сразу отозвалась в теле, резкая, будто напоминание: я жива. Тихо выдохнула и снова закрыла глаза.
Повернула голову — и увидела его.
Карим спал, откинувшись в кресле. На лице — усталость, тень от щетины, пальцы держали мою руку, будто боялся, что я исчезну, если отпустит. Я смотрела на него долго. И чем дольше — тем сильнее накатывало странное чувство: смесь благодарности, тепла и чего-то такого, чему я ещё не готова дать имя.
Я осторожно сжала его пальцы. Он шевельнулся, открыл глаза. И сразу — этот взгляд. Тяжёлый, внимательный, будто искал на моём лице ответ на вопрос, который боялся задать.
— Привет, — прошептала я. — Устал меня караулить?
Он выдохнул, уголки губ дрогнули.
— Ты даже не представляешь, — ответил тихо.
— Ты не уходил? — спросила я, всё так же шёпотом.
— Нет…
Когда я проснулась снова, за окном уже было светло. Солнечный луч пробился сквозь жалюзи и упал прямо на подушку. В палате стояла мягкая тишина. Карим стоял у окна, спиной ко мне. На нём была та же тёмная рубашка — только теперь расстёгнутая у горла. В руках — стакан с кофе.
— Проснулась? — спросил, не поворачиваясь. Голос — низкий, спокойный.
— М-м, — я чуть улыбнулась. — Пахнет слишком вкусно, чтобы спать дальше.
Он обернулся, подошёл ближе.
— Тебе пока нельзя.






