ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Кто она такая? — спросил он хрипло, — Зачем вы притащили её мне? Один из уродов промямлил: — Это… подарок…. Подарок DaryaK — Кто она такая? — спросил он хрипло, — Зачем вы притащили её мне? Один из уродов промямлил: — Это… подарок…. DaryaK Подарок Глава 1 Мира Работа горничной в «Парусе 4*» не была мечтой, но я не жаловалась — спортивное прошлое не позволяло ныть. Работа как работа: чужие грязные простыни, запах отбеливателя и постоянные заигрывания от охранников. Платили стабильно, а это главное. Всё лучше, чем таскать подносы в каком-нибудь второсортном кафе, выслушивая хамство от клиентов и поваров. В «Парусе» часто останавливались интересные гости. Командировочные со своими любовницами, деловые люди, устраивающие ночные совещания с алкоголем и сомнительными девушками. Иногда поневоле становилась наблюдателем чужих семейных драм и корпоративных интриг. С отвращением вздрагивала каждый раз, когда слышала ссоры за дверью или ловила обрывки разговоров про «это между нами». Однажды даже нашла в номере забытый портфель, плотно набитый долларами. Вернула, конечно. За это получила пятьсот рублей благодарности и короткое «молодец» от администратора. И на том спасибо. Я протирала пыль с прикроватной тумбочки, когда телефон пискнул. Вибрация пробралась по карману униформы горничной, неприятно вырывая из собственных мыслей. Сашка: «Хватит пахать, Принцесса. Прогуляемся, свожу кое-куда. Место — огонь.» Улыбнулась краешком губ. Это в его духе — внезапные предложения. Мы с Сашкой друж

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Взгляд сам собой уходил туда, где по траве босиком шёл Карим, держа за руку нашего сына.

— Осторожнее, — сказала я, улыбаясь. — Он же только учится ходить.

— Этот упрямец? — Карим взглянул на мальчика и покачал головой. — Он весь в тебя.

Сын улыбался, потянулся ко мне, и Карим поднялся по ступеням, передал его мне. Я прижала малыша к себе, уткнулась носом в его волосы. Запах молока, солнца, любви. Запах всей моей жизни.

Иногда ночью мне всё ещё снятся подвалы, крики, гул шагов, больничная палата, запах антисептика. Тогда я просыпаюсь, ловлю воздух, и чувствую рядом Карима. Он не говорит ни слова, просто лежит, молча, пока дыхание снова не выравнивается. И этого достаточно. Карим стал частью моего дыхания.

Мы оба изменились. Я стала спокойнее. Он — мягче.

Но есть одно утро, о котором я всё ещё помню каждую секунду.

Почти два года назад.

Телефон зазвонил утром — глухо, настойчиво. Я не хотела брать. Но сердце вдруг кольнуло.

— Алло? — мой голос дрогнул.

— Привет, принцесса… — тишина, потом знакомое дыхание. — Узнала?

Я села. Руки дрожали.

— Что тебе нужно? — выдохнула я.

— Не вешай. Я не прошу ничего. Просто хотел сказать… Прости меня. — Его голос был сломанным, будто в нём застряла вина. — Я проиграл не тебя, а себя. И поплатился за это сполна. Прости меня, если сможешь.

— Я уже простила, — тихо произнесла я.

Он замолчал. Потом — шёпотом:

— Спасибо. Просто… хотел быть уверен, что ты в порядке… Спасибо.

Связь оборвалась.

Я долго сидела, держа телефон в руках. Слёзы текли, но без боли. Просто — очищали. И в какой-то момент я поняла, что не чувствую ненависти. Только умиротворение. И, наверное, именно в то утро я окончательно отпустила прошлое.

Через неделю после того звонка я узнала, что беременна. Я сидела в кабинете врача, глядя на серое пятно на экране — и не могла поверить, что внутри меня живёт жизнь. В тот вечер я сказала Кариму не сразу: боялась, что он не обрадуется, что испугается за меня так же, как я сама.

Беременность была тяжёлой — постоянные боли, тревожные прогнозы, бессонные ночи. Карим почти не отходил от меня: таскал на руках по лестницам, слушал, как я плачу от страха. А когда однажды врач сказал, что «всё под контролем», я впервые за долгое время увидела, как он выдохнул. Просто молча прижался лбом к моему животу и долго не отпускал.

Мы с Каримом сидели на террасе.

— Я думал, что больше никогда не смогу жить спокойно, — сказал он вдруг.

— А теперь можешь? — спросила я.

Он улыбнулся уголком губ.

— Да. Но только потому, что ты рядом.

Я посмотрела на него и вдруг поняла — да, рядом с ним я действительно ни чего не боюсь.

— Если бы в том, не совсем далеком прошлом не случилось того, что в итоге привело меня к тебе, — тихо сказала, — Я, может быть, никогда не узнала тебя.