С какой стати ты думаешь, что имеешь право на его имущество? Я почти ничего о тебе не слышала.
Глаза Кэша горят.
– Ты бы услышала, если бы звонила или проводила время на ранчо.
Пошел. Этот тип.
– Ты ничего обо мне не знаешь, – мой голос дрожит. – И, очевидно, ничего не знаешь о моей семье. Ранчо принадлежит мне…
– Дайте угадаю. Вы собираетесь его продать.
– Это не ваше дело.
[7]
Доверительный фонд, траст – договор, согласно которому учредитель фонда передает собственность управляющему. Тот ведет дела и перечисляет доходы бенефициарам. Такая система может быть использована, например, для обеспечения детей после смерти родителя.
– Еще как мое дело. Черт возьми, я не позволю, чтобы все отдали какому-нибудь вашему другу-идиоту из траста, который ни черта не смыслит в управлении ранчо. Вы не представляете, сколько труда мы вложили…
– Мне все равно. – Я сжимаю зубы. – Мне действительно все равно, кто вы такой и как вы работаете.
– Да, вам действительно все равно.
– Простите?
Его глаза буравят меня.
– Это вы верно сказали.
– Да что не так?
– С чего бы начать? – Он наклоняется вперед.
– Ладно, ладно, – Гуди повышает голос. – Давайте будем цивилизованнее, хорошо? Гаррет не хотел бы, чтобы вы так ругались. Мы должны уважать его волю, как он ее изложил в завещании. Это закон.
– Я оспорю его, – говорит Кэш.
Я поджимаю губы.
– Посмотрим, как у вас это получится.
Гуди откашливается.
– Можно я закончу?
Глаза Кэша все еще прикованы к моим.
– Давайте.
– Финансовые активы – наличные деньги и инвестиционный портфель, которые были помещены в траст, – также перейдут к Молли.
Отец неплохо заработал в девяностых, когда на дальнем углу семейного участка обнаружили нефть. Мама получила часть этих денег при разводе и использовала их, чтобы открыть агентство недвижимости в Далласе. Отец разделил остальное: не только обеспечил ранчо, но и приобрел акции. Учитывая, что индекс Доу-Джонса вырос в четыре раза с тех пор… да, у отца было много денег.
Кэш жутко усмехается.
– Видишь, городская девчонка? Ты получила свои деньги. Отдай нам ранчо.
Я следую его примеру и молчу. Нет смысла отвечать на такую нелепость. Хотя что он имеет в виду, говоря «нам»?
– Однако, – Гуди прижимает ладонь к столу рядом с моей, – есть одно условие.
Я наконец отвожу взгляд от Кэша и смотрю на адвоката отца.
– Условие? Например, мне нужно быть определенного возраста или что-то в этом роде, чтобы унаследовать имущество?
– Вроде того. – Она медлит. – Это условие… скажем так, уникальное. Ваш отец требует, чтобы вы прожили на ранчо Лаки один полный календарный год, прежде чем получите доступ к средствам в трасте. Он также просит, чтобы вы активно участвовали в повседневных делах в качестве руководителя корпорации «Лаки Ранч Энтерпрайзес».






