— А вы, Александр Андреевич, знайте! Коли сейчас проиграем, коли дадим Огневу вас засадить без всяких серьезных доказательств, то грош нам, купцам, цена! Никто уважать не будет. А ведь Благовещенск — город купеческий, можно сказать — свободный. Жизнь-то — кипит! Здесь не боятся говорить громко — ссылать-то уже некуда… Разве — ха-ха — в Европу! Народ у нас сами знаете, независимый, самостоятельный. Да самый последний ссыльный дышит здесь легче, чем самый первый богач в Санкт-Петербурге или в Москве! Так что не переживайте, Александр Андреевич! Выдюжим, сладим. Но, коли виноваты… Уж не взыщите тогда!
— Ох, вряд ли Александр Андреевич виноват, — вступилась Лулу. — Зачем бы он тогда нам все рассказал, и билет показал… Сонечкин…
Девушка повернулась ко мне, сверкая ярко-голубыми глазами:
— Я вот думаю, вам в полиции нужно все в точности рассказать, что нам рассказали. Только про Огнева не упоминать. Ну, вроде как, не заметили…
— Да-да, — строго покивал Хворостов. — Не забывайте, у Огнева в полиции — связи. Хотя… следователь, говорят — приезжий.
Я покусал губу… Пусть так, пусть связи! Но, ведь я и теперь не один. И скрываться всю жизнь по таежным распадкам вовсе не собираюсь!
— Да, а билет вы мне дайте, — спохватилась Лулу. — Я скажу — Сонечка мне его на время оставила, чтобы не потерять. Мы же подруги! Были… Ох, Господии-и-и…
Полицейский урядник, как я понял, расположился в отдельном кабинете, куда через мадам Диану вызывал девушек по очереди — для разговора. Мы с Хворостовым покинули бордель почти незамеченными и без всяких препятствий. Я отправился в «Савой» пешком, несмотря на накрапывающий дождик. Добрался быстро — идти тут было совсем ничего — и, надо же — встретил на крыльце Базиля!
Узнав меня, тот приподнял шляпу:
— Прошу извинить за инцидент, Александр Андреевич… Ваше предложение меня весьма заинтересовало!
Да уж… Сей учтивый джентльмен ничем не напоминал вчерашнего разухабистого фата!
— Очень хорошо, — я потер руки. — Да, у вас в «Зее» вчера девицу убили.
— Знаю, — коротко бросил Базиль. — Меня уже урядник допрашивал. Да всех нас. Кстати, вас уже тоже успел?
— Пока что нет.
— Значит, вскорости допросит, — молодой человек улыбнулся. — Иванцов, хоть и не великого ума, да парень быстрый.
— А что вы ему сказали? — тут же поинтересовался я.
Базиль равнодушно пожал плечами:
— Да как было. Мы-то тут причем?
Вот именно… Мы-то тут причем? Вот только знать бы, как будет рассуждать урядник? Впрочем, не только он — дело-то серьезное, убийство — значит, прав Хворостов — следователь должен быть!
Простившись с Базилем, я поднялся к себе и долго беседовал с Полозовым.






