ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я был директором строительной фирмы... а попал в тело барина, которому вдруг выпал шанс построить свою золотую империю. И я этим шансом воспользуюсь! Для начала нужно наладить прииск, найти и организовать рабочих, построить для них поселок, проложить торговые маршруты... А самое главное - сохранить жизнь и не угодить на съеденье диким зверям и столь же диким местным дельцам и купцам, которым такое соседство явно не по нраву. Но я с этим справлюсь. Золото Амура будет моим! Старатель Тим Волков Я был директором строительной фирмы... а попал в тело барина, которому вдруг выпал шанс построить свою золотую империю. И я этим шансом воспользуюсь! Для начала нужно наладить прииск, найти и организовать рабочих, построить для них поселок, проложить торговые маршруты... А самое главное - сохранить жизнь и не угодить на съеденье диким зверям и столь же диким местным дельцам и купцам, которым такое соседство явно не по нраву. Но я с этим справлюсь. Золото Амура будет моим! Амурский самородок. Том 1. Старатель Глава I Все началось с эвенка. Точнее, с самородка золота, который притащил мне этот эвенк. Впрочем, если до конца быть откровенным, то все началось гораздо раньше — с того самого момента, когда я умер. Что это за запах? Приятный. И еще что-то сладковатое, приторное. Не мои дорогие брендовые духи. Пахнет скорее, как в церкви или в старой-престарой квартире прабабушки, куда я ездил в детстве на лето. Я открыл глаза. И сразу же закрыл. Слишком уж ярко, даже сквозь веки. Режущие лучи, п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Типичная история. Ему, пьяному и не от мира сего, просто не дали дойти до кабака. Обнюхали, как шакалы, и отняли монету.

— И те деньги, что я дам, ты опять потеряешь, — констатировал я. — Или у тебя снова отнимут. Иди лучше проспись, или рассолу выпей.

Он помолчал, сжимая и разжимая кулаки, будто обдумывая, как быть дальше. Идти спать он явно не хотел. Потом его скуластое лицо вдруг исказилось какой-то хитрой, отчаянной гримасой.

— Тогда, если просто так не дашь, может… купишь сэргэ? За монеты?

Я уставился на него в полном недоумении.

— Что?

— Ну, сэргэ! Хэвэн бака! — повторил он, уже с ноткой отчаяния, видя, что я не понимаю.

Я только развел руками. Эти слова не значили для меня ровным счетом ничего.

Он зло выругался на своем языке, резким движением сбросил с плеча потертый, сшитый из шкур рюкзак, и, порывшись в нем, протянул мне какой-то завернутый в грязную тряпку предмет.

— Сэргэ! Вот! — эвенк развернул тряпку. — Купи!

— Что это…

Едва я глянул, как у меня тут же перехватило дыхание.

На пыльных жилистых пальцах эвенка лежал камень. Но не простой. Тяжелый, массивный и… желтый. Шершавая бугристая поверхность блестела на солнце ослепительным, жирным блеском. Тот самый блеск, который видел каждый, кто хоть раз держал в руках настоящее золото.

Это был самородок. Огромный, размером со сливу. Я, не отрывая глаз, медленно приблизился к эвенку. Рука сама потянулась к самородку. Я коснулся поверхности. Металл был прохладным и невероятно плотным. Я попытался его приподнять. Тяжелый!

— Сэргэ! Вот! — повторил эвенк, протягивая мне сверток. — Купи!

— Сэргэ… — пробормотал я, прикидывая сколько он может стоит. Выходило — много. — Ты где этот камушек взял, Ваня?

Эвенк мотнул головой в сторону бескрайней тайги, что начиналась сразу за окраиной.

— Там. В земле. Много такого. Купишь, барин? Да?

Хватка бизнесмена сыграла первой. «Много такого»? Х-м-м…

Шанс ухватить удачу за хвост дается очень редко, порой за всю жизнь он не выпадает. Но сегодня мне повезло. Чертовски повезло. И я не мог не воспользоваться этим шансом.

— Хорошо, — сказал я. — Куплю у тебя этот… сэргэ. Но не только его.

— У меня больше ничего нет! — пожал плечами эвенк. — Сумка возьми?

— Нет. Нужно кое-что другое. Я куплю у тебя информацию о месте, где ты этот сэргэ нашел. Договорились? Отведешь меня туда, где это нашел. Понял? Или покажешь на карте как пройти. Ну, что скажешь?

Эвенк нахмурился, его быстрые глаза сузились. Он явно понимал, что информация теперь стоила дороже самого куска золота. Он почесал затылок, раздумывая.

— Двадцать монет, — выдохнул он, смотря куда-то мимо меня. — Как та, первая. Двадцать — и все твое. И камень, и место.

Двадцать? Я не знал, много это или мало по здешним меркам, но инстинкт подсказывал — он запросил заведомо больше, ожидая торга.