ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я был директором строительной фирмы... а попал в тело барина, которому вдруг выпал шанс построить свою золотую империю. И я этим шансом воспользуюсь! Для начала нужно наладить прииск, найти и организовать рабочих, построить для них поселок, проложить торговые маршруты... А самое главное - сохранить жизнь и не угодить на съеденье диким зверям и столь же диким местным дельцам и купцам, которым такое соседство явно не по нраву. Но я с этим справлюсь. Золото Амура будет моим! Старатель Тим Волков Я был директором строительной фирмы... а попал в тело барина, которому вдруг выпал шанс построить свою золотую империю. И я этим шансом воспользуюсь! Для начала нужно наладить прииск, найти и организовать рабочих, построить для них поселок, проложить торговые маршруты... А самое главное - сохранить жизнь и не угодить на съеденье диким зверям и столь же диким местным дельцам и купцам, которым такое соседство явно не по нраву. Но я с этим справлюсь. Золото Амура будет моим! Амурский самородок. Том 1. Старатель Глава I Все началось с эвенка. Точнее, с самородка золота, который притащил мне этот эвенк. Впрочем, если до конца быть откровенным, то все началось гораздо раньше — с того самого момента, когда я умер. Что это за запах? Приятный. И еще что-то сладковатое, приторное. Не мои дорогие брендовые духи. Пахнет скорее, как в церкви или в старой-престарой квартире прабабушки, куда я ездил в детстве на лето. Я открыл глаза. И сразу же закрыл. Слишком уж ярко, даже сквозь веки. Режущие лучи, п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По хитрым глазам видно, что заломил цену. В кармане у меня была одна-единственная монета. Где взять остальные?

— Куда тебе столько? Упьешься ведь! Пять, Ваня, — ответил я, стараясь выглядеть уверенно. — Пять монет сейчас. И еще пять, когда ты отведешь меня на это место и я все проверю. Итого десять. Неплохая сделка. Соглашайся.

Ванька замер, что-то бубня себе под нос, подсчитывая, на сколько дней запоя хватит десяти монет. Судя по плохо скрываемой радости на лице выходило, что много. Жадность боролась с желанием получить хоть что-то прямо сейчас.

— Ладно, — буркнул он наконец, плюнув в пыль. — Давай пять. Сейчас.

— Жди здесь, — я поднялся, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Не уходи.

Я шагнул в сени, затем в избу. Авдотья возилась у печи. Так, монеты… Должны быть…

— Авдотья, — окликнул я ее. — Где у меня… деньги хранятся?

Она обернулась, уставилась на меня с таким искренним изумлением, что стало ясно — вопрос идиотский.

— Барин, аль совсем разум потеряли? — всплеснула она руками. — В сундуке же! Под кроватью! Как всегда! Ключ у вас на поясе!

Я опустил взгляд. На кожаном поясе, поверх штанов, и вправду висел небольшой старинный ключ. Я кивнул и прошел в спальню. Сгреб покрывало с кровати и заглянул под нее. Там стоял неказистый, окованный железными полосами сундук. Сердце заколотилось.

Я вставил ключ в скважину, повернул. Замок щелкнул с сухим, громким звуком. Откинул тяжелую крышку.

Только бы была нужная сумма…

Внутри лежало несколько ассигнаций — бумажных денег, аккуратно перевязанных бечевкой, сумма совсем скромная. И… все. Больше ничего. Ни мешочка с золотом, ни россыпи серебра. Только какие-то бумаги залога. М-да, а барин не богач.

Я порылся глубже, под бумагами. Повезло. На дне сундука лежало еще несколько монет — медных, пятаков и копеек. И мешочек, в котором оказалось ровно десять серебряных кругляшей. Ух, повезло! Последнее.

Десять монет. Ровно столько, сколько я ему пообещал. И это было всё. Последнее, что у меня есть. «Барин», у которого кухарка и, видимо, какой-то дом, оказался на мели. Возможно, та самая «вчерашняя попойка» и была попыткой забыть хотя бы на время о финансовой яме. Знаем — проходили.

Меня передернуло от неприятного осознания. Ставки оказались выше, чем я думал. Я либо сорву куш, либо останусь здесь нищим, без гроша в кармане.

Рядом с деньгами лежала сложенная в несколько раз плотная бумага. Я развернул ее. Карта. Самодельная, нарисованная от руки, с кривыми реками, условными обозначениями сопок и редкими надписями: «заимка Петрова», «станок Якутский», «трога на Олекму». То, что нужно!

Я взял монеты и карту. Снова захлопнул сундук.

Выйдя на двор, я молча протянул Ваньке половину монет. Тот жадно схватил их, прикусил каждую зубами, кивнул и сунул в какой-то потаенный карманчик на малице.