Я не уверена, как мне вообще удается его пережить.
Маму Джимми зовут Грета Карлсон. Она высокая, привлекательная женщина, на вид ей можно дать около шестидесяти. Она тепло приветствует меня и упрекает Джимми за то, что он, должно быть, напугал меня, когда увез, потому что он выглядит как большой потрепанный медведь. Она явно прагматичный человек, который любит быть занятым и ожидает, что все остальные будут делать то же самое. Я никогда по-настоящему не понимала, что значит «хлопотать», когда читала об этом в книгах, пока не увидела, как она воплощает это слово всем своим поведением.
Ее муж, Бен, крупный, как Джимми, но гладко выбритый и с седыми волосами. Он мало говорит, но, должно быть, таков его характер. Он говорит мне, что соболезнует по поводу моего дедушки, и что они похоронят его завтра на поле, которое они использовали в качестве кладбища, если я не возражаю.
Дедушка предпочел бы быть похороненным в лесу, который он любил, но это больше не вариант. Я с благодарностью принимаю предложение и предлагаю помочь копать.
Джимми издает горловой звук, похожий на смешок, и я не одобряю этого. Я не большая и не сильная, но я способна копать. И в конце концов, это же мой дедушка.
Я знакомлюсь и с другими людьми. Кажется, их ужасно много слоняется вокруг в ожидании ужина. Грета показывает мне большую комнату, в которой могут разместиться восемь человек. Она подводит меня к односпальной кровати в дальнем углу, и она кажется мне совершенно идеальной. Она показывает мне уборную, а в спальне — таз и кувшин для умывания. Далее мы идем на кухню, и она спрашивает, не помогу ли я с фасолью.
Я соглашаюсь. Конечно же, я соглашаюсь. Но на самом деле я не знаю, как это делается. Ничего из этого. В домике дедушки был солнечный генератор, который питал свет и все необходимые нам бытовые приборы. Он также наладил водопровод, чтобы я могла накачивать воду из колодца в раковину, унитаз или душ.
Здесь все работает по-другому. Когда солнце садится, зажигаются свечи и фонари. Они могут подавать воду в кухонную раковину, но не в другие комнаты. И я никогда в жизни не чистила фасоль, но молодая женщина по имени Никки показала мне, как это делается.
Я вымотана. Меня все еще трясет от избытка адреналина. И я даже близко не подошла к осознанию того факта, что дедушка мертв.
Когда я порезала палец, работая с бобами, капля крови напоминает мне о крови, хлеставшей из шеи моего дедушки.
На меня накатывают волна за волной головокружение и тошнота. Волна горя, которую я с трудом сдерживаю. Мои пальцы так сильно дрожат, что мне приходится перестать пользоваться ножом, чтобы не причинить еще больше вреда.
Я дышу медленно и глубоко. Мне нужно собраться с мыслями. Грета попросила меня почистить эти бобы, так что я должна выполнить задачу.






