ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Потеряв последнего оставшегося члена моей семьи, я осталась совсем одна в опасном, нецивилизованном мире. После Падения двадцатитрехлетняя женщина без навыков, без ресурсов и без защиты не может выжить самостоятельно, поэтому я вынуждена полагаться на милосердие незнакомцев, чтобы оставаться в живых. Мой единственный шанс на спасение — неожиданное предложение. Джимми Карлсону нужен партнер. Ему нужна помощь по дому и женщина в постели, и он хотел бы, чтобы этим партнером была я. Взамен я получаю жилье, вдоволь еды и защиту компетентного мужчины и его окружения. Это выгодная сделка, поэтому я, конечно, соглашаюсь. Это означает, что мне придется жить с суровым, стойким мужчиной, которого я едва знаю. Все новые обязанности по дому достаточно сложны, но не они являются для меня самой большой проблемой. Потому что теперь я женщина Джимми… что бы это ни значило.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— На границе?

— На границе, — теперь его голос звучит более нетерпеливо. — Здесь опасно. Какого черта ты сюда ехала?

— Мы… — у меня перехватывает дыхание, поэтому приходится попробовать еще раз. — Мы с дедушкой были… мы искали еду и прочее. Мы никогда не были здесь раньше. Мы не знали, что здесь опасно.

Его темные глаза сужаются, когда он пристально вглядывается в мое лицо.

— Откуда вы приехали?

Я указываю на густой, необъятный, заросший лес, который был моим домом с четырнадцати лет.

Мужчина поворачивается в указанном направлении. Выражение его лица меняется.

Мир снова погружается в темноту, как будто солнце внезапно скрылось за облаками. Я не могу вздохнуть полной грудью.

Дедушка умер.

Я почти уверена, что мужчина бормочет в недоумении: «Вы приехали из Глуши?» как раз перед тем, как я теряю сознание.

***

Я не уверена, как долго я была без сознания. Наверное, не очень долго. Но когда я прихожу в себя, все уже по-другому.

Я сижу на пассажирском сиденье квадроцикла, а за рулем сидит большой незнакомый мужчина.

Моргнув несколько раз, я пытаюсь сориентироваться. Затем я задыхаюсь и лихорадочно оглядываюсь в поисках тела моего деда.

— Он сзади, — говорит мужчина, правильно угадав причину моей паники. — Нам нужно было уехать от границы, поэтому мне пришлось переложить его.

Мы больше не на дороге. Мы едем по полю, заросшему высокой травой.

— Какая граница? — он сказал это уже дважды, и я понятия не имею, что он имеет в виду.

— Граница Глуши, — говорит он, нахмурившись. По тому, как он это произносит, становится ясно, что последнее слово пишется с заглавной буквы. — Граница — территория банд. Так было уже много лет. Порядочные люди туда не ходят. Вам не следовало там находиться.

— Разве ты не порядочный человек? — я смотрю на него широко раскрытыми глазами.

— О. Да. Конечно, — он прочищает горло. — Мы по очереди патрулируем этот район каждые несколько недель, чтобы убедиться, что банды не вторгаются дальше. Сегодня моя очередь патрулировать.

— Понятно, — говорю я, хотя на самом деле это не так. Не совсем. Я понятия не имею, о ком или о чем он говорит.

— Ты действительно из Глуши? — он продолжает бросать на меня взгляды, как будто не может поверить, что я существую на самом деле.

— Если этот лес — Глушь, то да.

— Как вы вообще туда попали? После Падения он был захвачен бандами.

Я хмурюсь, обдумывая это.

— Мы с дедушкой были там до Падения.

— И вы были там все это время?

— Да.

Он смотрит на колышущуюся траву перед нами и тихо говорит:

— Мы даже не знали, что там кто-то есть.

Я не знаю, что на это ответить, поэтому молчу.

Через несколько минут езды он спрашивает:

— У тебя есть еще кто-нибудь, кроме твоего дедушки? Семья, друзья или кто-то еще?

Я качаю головой.

— Мои родители умерли давным-давно.