ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Третья книга проекта "Секвенториум" Терминатор Лякмунт 17.12.2003, Сан-Франциско, США Полутемный зал, как в небольшом провинциальном кинотеатре. Десяток рядов кресел, обитых красным плюшем, пустуют, лишь в первом ряду на удалении друг от друга сидят три молодые женщины. Одна из них – миниатюрная худая девица с яркой внешностью кореянки с глянцевого календаря, совсем молодая, почти девочка, жует жвачку и с независимым видом изучает лепной потолок. Две другие – блондинка и рыжая, сидящие по обе стороны от кореянки, выжидательно смотрят на освещенную пустую сцену, искоса наблюдая за соседками. Откуда-то сбоку на сцену выходит бизнес-леди с короткой темной прической, в строгом костюме и на высоких каблуках. Движется изящно и очень уверенно, совсем не глядя под ноги – ее взгляд обращен куда-то вверх, выше голов сидящих девушек, на губах – приветливая улыбка – красивая и холодная, как и сама леди. – Рада приветствовать вас в группе Урса , – голос низкий, с легкой хрипотцой, которая так нравится мужчинам, – в течение ближайшего часа я собираюсь объяснить, почему и зачем вы здесь. Чтобы нам было легче понять друг друга, я сейчас вас ознакомлю с одним произведением, – не дожидаясь согласия, леди прикрыла глаза и патетично, словно поэтесса начала двадцатого века, начала читать по памяти: Что делать, если за два месяца с неба не упало ни капли дождя, если сочная трава, дававшая пищу табунам, вся высохла, а некогда полноводное озеро, из которого пили и люди, и животные, превратилось, в топкую лужу с растрескавшимися краями и скоро, похоже, исчезнет совсем? Что делать, если дикие стада легконогих и рогатых, с ароматным мясом, способным насытить и мужчин, и женщин, ушли от засухи на юг, а вам туда пути нет – люди юга встретят пришельцев острыми стрелами, а с выжившими сделают такое, о чем страшно думать, не только гов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Оказалось, что половины грамма благородного металла для этого вполне достаточно, а если взять кусочек чуть поменьше, ничего не происходит.

После этого я начал экспериментировать с формой и размером треугольников, составленных из пирамидок. Ограниченность размеров моего и соседнего кабинетов и лабораторий не позволила дать окончательного ответа. Поэтому волей-неволей пришлось расширить испытательный полигон за пределы нашего здания.

Перед уходом домой, прямо у себя в кабинете, я составил из пирамидок треугольник, не забыв направить вершину D в сторону своей квартиры. Определиться по сторонам света и по карте вышло не сразу, зато теперь я точно знаю, что если пройду сквозь стену своей лаборатории, противоположную входной двери, и пройду по прямой километров десять, то окажусь прямо у себя дома. На письменный стол я положил спортивный костюм, справедливо полагая, что моему дублю неприятно будет провести четыре часа, отведенные ему в этом мире, в голом виде. Чем я еще могу помочь себе, зеркальному? Кофеваркой он пользоваться умеет, где хранится запас сигарет – знает. В любых других письменных инструкциях необходимости нет: в момент появления в треугольнике, Траутман-2 будет знать всё то, что знаю я. Одним словом, осталось упаковать мой комплект пирамидок и можно двигать домой. Белая пирамидка, она же – тетраэдр T, находятся уже в квартире Петрова, вместе с золотом. Я не спеша уложил пирамидки в сумку и подошел к двери. Кажется, можно идти. Ничего не забыл? Забыл, конечно! Вернулся к компьютеру, стоящему на столе, и развернул веб-камеру так, чтобы она смотрела на треугольник, составленный из пирамидок. Затем включил таймер. Теперь без десяти восемь начнется видеозапись, и я, наконец, смогу посмотреть со стороны, как это всё происходит, если, конечно, что-нибудь произойдет. Свет в лаборатории я, разумеется, оставил включенным – мне совсем не хотелось вдруг очутиться в темноте.

До дома я добрался на такси – Петров был категорически против того чтобы я перевозил наши пирамидки в метро. Неспешно поужинав, я взглянул на часы – без четверти восемь. Можно потихоньку начинать. Я составил треугольник, встал в его центре и набрал номер Петрова.

– Готов, Траутман? – услышал я знакомый голос.

– Да, можешь поджигать. Хотя, подожди секунду, я на пол сяду, – припомнилось, что в прошлый раз я копировал себя, вольготно развалившись на стуле, и мой дубль был ко мне в большой претензии, крепко приложившись кобчиком и затылком об пол: стула в его треугольнике, разумеется, не было.

Я сел на пол по-турецки и скомандовал:

– Давай! – после чего начал внимательно прислушиваться к своим ощущениям.