Вiн, як свою кров з носа побачить, свiдомiсть втрачае. Тож не ведiться на iхне «Аллаху акбар». У мене все[47], — закончил Бандер и стал шумно пить свой быстрорастворимый и быстро остывающий кофе.
Алексей пошел в угол, где были розетки, чтобы забрать зарядившуюся батарейку для камеры. Он хотел было подзарядить телефон, но на ночь генератор не включали, чтобы не выдавать себя. Свет ночью горел только в КСП. Налобные фонарики были у всех — волонтеры подвезли среди прочего, — но и их ночью не включали. Курить на постах ночью было запрещено. Снайпер стрелял на третью затяжку. Но все продолжали курить, даже на постах. В руку. Думали, не видно.
Возвращаясь, Алексей наступил на что‑то мягкое, ногу или бедро, в спальном мешке на полу.
— Ой, простите, пожалуйста, — обернувшись, сказал он поспешно.
— Зажмурился он, — послышался чей‑то сиплый голос по соседству, снизу. — Ему теперь пох...р. И мне, по ходу, тоже.
— Все будет хорошо, — сказал Алексей, остановившись. — Завтра «чайка» придет. Уедете.
— До завтра можно сто раз зажмуриться, — простонал голос.
Алексей разглядел в полутьме, как говоривший задвигался в мешке, видимо, устраиваясь удобней.
— Может, вам что‑нибудь принести? Чаю? — спросил Алексей.
Голос молчал. Уснул? Или?..
Алексей нагнулся над мешком, чтобы пощупать шею раненого, и, услышав храп, пошел в свой угол. Достал из маленького ранца лэптоп и начал заливать фотографии с флешки.
Среди присутствующих вояк специалистом по чеченцам считался только Бандер, после майских боев в КАПе. Ну а если кто в этой комнате и был реальным объектом кавказской кровной мести, так это Алексей. Но об этом, кроме него самого и того, кто жаждал ему отомстить, никто не знал.
Ну, уж если пошел такой разговор, то здесь следует взять паузу в повествовании и рассказать о том, что происходило в Чечне, одной из северокавказских, преимущественно мусульманских провинций сначала Российской империи — в XIX веке, а затем Советского Союза и России.
Война 1999 — 2000 годов была второй за пять лет в этой республике и определенно имела две цели. Первая — привести в России к власти нового президента, у которого в бытность его кандидатом — наследником первого президента постсоветской России Бориса Ельцина, в первые дни после сенсационного назначения рейтинг доверия зашкаливал аж за целых два процента. С этим нужно было срочно что-то делать. Сделали войну. Второй, сопутствующей, задачей было жестоко и максимально кроваво наказать непокорную Чечню в назидание остальным, чтобы почувствовали, что в доме появился хозяин.
Чечня стремилась к независимости от России, скорее всего, для того, чтобы создать свое маленькое средневековое феодальное государство, живущее по понятиям, так называемым адатам — сводам местных неписаных законов, в дополнение к исламу.






