Что произошло? Это важно.
Он повернулся к ней. Нос у него был все такой же веснушчатый. И взгляд все такой же открытый.
– Ничего, – ответила она. – Ничего не произошло.
Джеральд опять уставился на поле.
– Ты сказала – тогда, на похоронах, – что любила его.
Стадион взорвался – «Сокс» заработали очки.
– Я и вправду любила его. И сейчас люблю. Он был моей первой любовью, Джеральд, ты же знаешь. Но в пятьдесят первом в Лондоне мы оказались слишком разными, хотя всего шесть лет прошло. Он собирался жениться. Роуз была беременна. Мы больше не были подростками. И не смогли бы быть вместе, даже если захотели бы. – Она отпила пива, глядя на поле. Невозможно сказать правду. Сохранить в памяти случившееся – единственный способ сохранить для себя Уильяма. Она не желает делиться им ни с кем, даже с Джеральдом. – Когда он приехал в Лондон, момент уже был упущен.
– Правда? – Он заглянул ей в лицо, и она увидела прежнего
юного Джеральда, такого искреннего и откровенного. – Правда ничего не произошло?
Беа качнула головой, заставив себя не отвести взгляд.
– Правда, Джи. Мы почти все время ссорились. Ты же знаешь, какой он был. Но при этом нам было хорошо вместе. Когда не ссорились. Но он горевал, я тоже, а тут еще моя мама.
– Погоди, твоя мама тоже была там?
– Она тогда уехала в отпуск. В Италию или Испанию. С подругами. Но неожиданно вернулась раньше, как раз когда явился Уильям. Так что им пришлось познакомиться.
– Я этого не знал. Я почему-то думал, что вы были только вдвоем.
– Мы пережили ужасно неловкий ужин у нас дома. И мама только все усугубила.
– А потом он ушел?
– Поехал поездом в Саутгемптон, – кивнула Беа. – Мы попрощались в дверях. Вот и все. Не верится, что прошло почти четырнадцать лет.
Беа видела, как у Джеральда расслабляются напряженно сжатые челюсти. Ее ложь не имеет никакого отношения к ее чувствам к нему. Это просто способ защитить то, что было у них с Уильямом.
А потом они оба вскочили. Пробег засчитан, серия ничьих прервана, и они наконец-то выиграли.
Джеральд
Роуз и дети уехали, посуда вымыта, мама наводит порядок, прежде чем пойти спать.
– Понимаю, что еще светло, – вздохнула она, – но я совсем вымотана. Какой прекрасный был день.
– Абсолютно. – Беа обняла ее. – И какой потрясающий лимонный пирог с меренгой. Вы превзошли себя.
– Спасибо, дорогая моя. – Мама притянула к себе Джеральда, чмокнула его в щеку. – Увидимся утром, дорогая. Джеральд, ты заедешь за Беа, отвезешь ее в аэропорт?
– Конечно.
– Давай посидим в гостиной, – предложила Беа.
Джеральд кивнул, достал из холодильника пару банок пива. Только начинало смеркаться, и кроны деревьев рельефно темнели на фоне неба.
– Мне так нравится этот вид. – Беа забралась в кресло с ногами. – Он не изменился. Как и все вокруг тут. Я люблю свой садик, но это совсем не то.






