Подстрелили возницу? Переживать о чужой судьбе Юргену оказалось решительно некогда. Потерявший управление экипаж накренился влево, приложив молодого человека лбом о стенку, вильнул в противоположную сторону, выправился и остановился.
Керр Штайнер вытащил из кармана раскладной нож, выщелкнул лезвие. Приоткрыл дверь и проорал в пустоту:
– Не подходите! У меня заложник! И видит бог, я его прирежу, если вы сделаете еще хоть шаг!
– Откуда мы знаем, что он жив?
– Подайте голос, керр Фромингкейт, – попросил профессор.
Юрген упрямо закусил губу, и Штайнер зло повторил:
– Скажите вашим назойливым коллегам, что они хотят, иначе я отрежу вам какую-нибудь не слишком нужную часть тела и выкину в качестве доказательства наружу.
Юрген не сомневался, что профессор выполнит угрозу. Стажер покосился на лезвие, опасно приблизившееся к носу, сглотнул и подчинился.
– У него нож! И он обещает убить меня, если вы полезете внутрь!
Снаружи чертыхнулся Луцио. Заскрипел снег под шагами.
– Отступили.
Профессор тоже отодвинулся, и пленник вздохнул с облегчением, когда отточенное лезвие перестало маячить возле его лица.
– Керр Штайнер, керляйн Хаутеволле, не усугубляйте ваше положение! Если вы сдадитесь, я обещаю…
– Они не позволят нам уехать, – безразлично заметила Катрин.
– Надо признать, мы угодили в патовую ситуацию, моя дорогая, –
согласился керр Штайнер. – Было бы значительно проще, прихвати они новых кукол Агнесс. Но раз не повезло, обойдемся своими силами, – он посмотрел на Юргена, и тому очень не понравилось задумчивое выражение на лице профессора. – Как ни прискорбно, пора прощаться, керр Фромингкейт. Дорогая, будь добра, попроси своего мальчика нам помочь.
Катрин проигнорировала просьбу.
– Драма достойна театральной сцены! Детектив отринул присягу, чтобы защитить свою преступную возлюбленную от рук жестоких палачей! Как геройски! Как трогательно!
Bellissimo!
Хотя, подозреваю, эта история не найдет должного освещения в искусстве. – Тут профессор обнаружил, что девушка не спешит отдавать приказ. – Почему ты медлишь?
– Лучше я сама выйду к ним.
Катрин, пряча дрожь в пальцах, смяла подол юбки.
– Тебе не хватит сил. Ты немало потратилась, добывая нам карету, и особенно этого песика. Пускай принесет хоть какую-то пользу.
– Я справлюсь! – от недавнего спокойствия Катрин не осталось и следа: в двух словах скрывалось столько эмоций, что, если бы не притворство ранее, Юрген решил бы, будто она в отчаянии.
Профессор наклонился, зарываясь в саквояж. Первым он выложил ваффер, к которому Юрген, забыв о связанных руках, непроизвольно потянулся. Следующими керр Штайнер достал и использовал носовые фильтры, похожие на те, которые вставляют шахтеры перед спуском в забой. Последним на свет появился флакон духов.






