Я домывала последнюю чашку и пыталась держать себя в руках, не подавая вида, что меня что-то беспокоит и я взволнованна.
На кухню зашел Ганс и произнес:
– Кто сегодня готовил комнату для фройляйн?
– Мария, горничная.
– Пусть следует за мной. У гостьи пропали личные вещи.
Я вышла из кухни и направилась за Гансом. Как только мы попали в узкий коридор, где нас никто не видел, Ганс прислонил меня к стенке и в приказном тоне озвучил:
– Ты сейчас пойдешь в комнату артистки и возьмешь что-нибудь, желательно шляпку с вуалью или накидку, губную помаду используй. Тебе надо будет выйти через окно, не бойся, там козырек крыши, я буду ждать тебя внизу, помогу. Посажу в машину к солдату. Гостья забыла свои перчатки сегодня на прогулке, я по ее просьбе отправляю солдата, но он не знает, что с ним будет и сама Пауль. Ты под видом гостьи покинешь территорию. Документы я тебе дам у машины, сейчас их возьму в сумочке.
– Это все очень сложно. И я очень боюсь.
– Надо было ехать с щенками, это было проще.
– А где мне надо будет выйти? Или что сделать?
– Просто сделай то, о чем я сейчас прошу. Остальное неважно!
Я взяла в комнате немки меховую накидку и шляпку. Подвела глаза и губы, вылезла через окно. После дождя черепица крыши скользила, и, не удержавшись, я сорвалась, поранив сильно руку, боясь, что меня заметят, поторопилась и спустилась вниз. Рука стала кровоточить.
Ганс ждал меня внизу, схватил мою руку и повел вперед, я от боли издала звук:
– Ай.
– Что случилось?
– Рука. Я поранила руку.
– Везу тебя я. Слишком опасно посылать тебя с патрульным. Не самая лучшая идея. Тебе надо будет спрятаться. Я думал, что смогу достать документы и ты спокойно покинешь территорию. В общем, я сам еду за перчатками. Тебе надо будет укрыться и не шевелиться. Есть чем перевязать руку?
– Я попробую остановить кровь.
Мы сели в машину, точнее, я легла на заднее сиденье, укрывшись накидкой. Свернулась так, как позволяло пространство и мое тело.
На выезде услышала голоса:
– Предъявите документы. Вы один, штурмбаннфюрер?
– Да, фройляйн Пауль забыла перчатки, я еду за ними.
– Хорошо.
Я почувствовала сквозь накидку свет от фонарика. А потом знакомый лай. Тут же вопрос от Ганса патрульному:
– Это Агата?
– Да, оставили здесь. Пока будет здесь.
Собака обошла машину, немного поскулив, не издавая злостного лая, лишь только пару звонких радостных звуков, и патрульный пропустил автомобиль на выезд.
– Агата узнала тебя, поэтому не стала лаять. Мы выехали. Сейчас я довезу тебя до места, где тебе придется переждать до рассвета. Утром тебя заберут и отвезут в безопасное место.
– А как же ты?
– За меня не беспокойся. Все складывается как надо. Ты украла вещи и сбежала. Потом будут выяснять.
– А что с Эммой?
– Я тебе потом все расскажу, сейчас у нас нет на это времени.






