Но визит неизвестного мне гостя оказался таким внезапным, да еще и поздно вечером, что молочник просто не успел ко мне забежать.
Я услышала шаги и голос молочника. Шаги узнала спустя пару секунд. Закрыв лицо руками, я пыталась сдержать эмоции. Это был Ганс…
На мое лицо попал свет при открывании крышки погреба, и я увидела его, родного. Ганс подал мне руку и заулыбался:
– Я соскучился.
– Я тоже.
– Как ты?
– В ожидании…
– Уже скоро?
– Да.
– Потерпи.
– Ганс…
– Да.
– А война? Она когда закончится?
– Мари, я не знаю, никто не знает. Утром я должен уехать.
– Почему у нас так все сложно?
– У нас – ты имеешь в виду у двоих?
– Да.
– Потому что любовь не бывает легкой, она всегда почему-то с препятствиями.
– Ты любил? До меня ты любил?
– Так, как люблю тебя, нет.
Я не решилась задать вопрос по поводу той фотографии, где была изображена девушка, посчитала, что сейчас ведь у него я. Хотя это «сейчас» меня так раздражало. Вся эта конспирация, неизвестность и ожидание. Мучительное томление.
Но один вопрос я все же озвучила:
– А что с Эммой? Что случилось?
– Мари, есть вещи, о которых лучше тебе не знать в случае чего.
– Но ведь ты сказал Эмме обо мне.
– Да, она все знала с самого начала.
– Не понимаю тебя. Ты… Она… Кто вы друг другу?
– Никто, в смысле мы не родственники, но она. В общем не важно, но однажды она мне помогла. А потом помог я. И… Она была, как бы тебе это объяснить.
– Не надо ничего объяснять. Я понимаю. Она была доносчиком. Верно? Это ее тогда подозревали и в итоге забрали?
– Да, Мари, и если я до сих пор жив и сейчас рядом с тобой, то это ее заслуга. Значит, она ничего не рассказала. И если честно, мне ее судьба до сих пор неизвестна. Но и поделать ничего нельзя. Я не могу навести справки, тем самым подставив под угрозу других людей.
– Я все понимаю. Хорошо. Значит, Эмма хотела мне помочь.
– Да, она хотела нам помочь.
На рассвете Ганса уже не было. Спустя несколько дней у меня начались признаки, что скоро все начнется. Я вышла во двор и направилась к жене фермера, а он в это время бежал ко мне навстречу с криком: «Назад, Мэри, назад!»
Очередная проверка, на днях обнаружили еврейскую семью в одном из домов. Молочник помог мне добраться до убежища, но, когда увидел, что у меня отходят воды, не на шутку испугался. Я успокоила его, что все в порядке, я буду сидеть тихо. Указав на собаку молочника, чтобы он про нее не забыл. Собака молочника спасала, если вдруг овчарки поднимали лай, то можно было ссылаться на фермерскую сучку, у которой шла очередная течка. Чтобы не злить овчарок, молочник под предлогом всегда закрывал свою собаку в гончарной, тем самым обезопасив себя и, конечно же, меня.
Первые минуты я справлялась со схватками, но потом боль усиливалась, и мне становилось все сложнее терпеть. Я услышала, как загремел засов на входной двери.






