ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тяжелые испытания выпали на долю Марии. Красивая девушка из обеспеченной семьи, мечтавшая получить хорошее образование и посвятить свою жизнь разработке моделей одежды, она в 15 лет вдруг Жена врага Юлия Булл У каждого человека существуют душевные раны, и годы уходят на то, чтобы их зализать. Шрамы от них остаются, к сожалению, на всю жизнь… Редактор Елена Милиенко Корректор Анастасия Лобанова © Юлия Булл, 2024 ISBN 978-5-0062-4019-3 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero Глава 1. Маша Мне было пятнадцать, когда я осознала весь тот ужас как страшный сон и поняла, что пробуждение наступит не скоро. Это был обычный день, как все дни в это время года. Почему-то я не любила лето, то есть не воспринимала его как все. Девчата радовались всему, что происходило: свежескошенной траве и ее запаху, аромату полевых цветов и вкусу лесной ягоды. Только что прошедшему дождю с грозами, купанию в реке, сбору яблок и заготовке их к зиме. Даже празднование Ивана Купалы, с целью осенью выйти замуж, приносило всем радость. Наверное, именно все это я не любила, а больше всего палящее солнце, насекомых. Я ненавидела шмелей, ос, комаров и мух. Ненавидела период сбора урожая и все эти припасы на зиму. Не понимала, почему ягоду свежую нельзя было есть сразу, зачем ее сушить? Трехразовая дойка коров меня утомляла, когда помощники родителей не справлялись с большим объемом работ, то привлекались мы сами, с матушкой. Вечная пыль от сухой земли прилипала к телу, а мыться могла только в реке, вечером перед сном, где мылись все! Баню каждый день не топили. То ли дело зимой, это время года я любила и ценила, как ничто другое. Вести хозяйство зимой никто не отменял, но это было намного легче: коровы в отёле, уток рубили, куры закрыты, только яйца собрать, воды натаскать, пирогов напечь. И в полное удовольствие париться в бане, а не в речке, как все. В тот день стояла невыносимая жара –

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я согласилась на то, что Ганс отдаст дочку врачам из приюта. Я ожидала его в соседнем доме, обливаясь слезами. Я не желала своей дочке смерти, но очередное расставание с ребенком мне давалось нелегко. Про себя я проговаривала одну и ту же фразу, что все будет хорошо, надо лишь набраться терпения и включить голову. Ганса долго не было, и мне от этого становилось не по себе, и я еще больше начинала нервничать.

Услышав, как стукнула входная дверь в парадной, я выглянула и увидела Ганса. Он прижал меня к себе и виноватым голосом произнес:

– Прости, что так все вышло. Прости, родная. Поплачь. Ты так редко это делаешь. Всегда держишь в себе. Ты у меня такая сильная. Ты очень сильная. Сколько же тебе всего пришлось пережить. Еще и я.

– Что ты? Не говори так. Я люблю тебя. Я всегда жду, когда могу тебя коснуться. Я так люблю твое тепло. Я научилась ждать и готова к любым испытаниям! К любым, я все выдержу, только бы не расставаться больше с тобой никогда!

– Когда все закончится, мы не будем расставаться ни на минуту. Мы будем всегда вместе. Обещаю тебе! Кроме тебя мне никто не нужен, только ты! Моя, ты помнишь об этом, что ты моя?

– Да… помню, я только твоя…

Ночь мы провели на чердаке дома. Сквозь сон я слышала, что идут бои где-то. Но не понимала, как близко или далеко все происходит. На улице все время стоял звук сирены и шло предупреждение о том, что жителям рекомендуют отправиться в бомбоубежище. Мы с Гансом это сделать не могли. Он в военной форме и по факту уже считался дезертиром. А я вообще не знала, кто я. И кем мне быть. С документами на немецкое имя или я все же еще русская женщина? Ганс лежал с закрытыми глазами, сквозь темноту я рассматривала его профиль и думала о детях. Какая я мать непутевая, что за судьбу уготовила для своих детей. Юра, который ни в чем не виноват, сын врага народа и бывшей заключенной. Дочь, у которой родители враги, но не по своей воле.

Я не могла выносить всех мыслей в голове и заставила себя уснуть. Но тут же проснулась от грохота. Вскочив, посмотрела по сторонам, рядом Ганса не было. Я поднялась и пошла его искать. Как только увидела его, приблизилась и спросила:

– Что это было?

– Наши взрывают.

– Что взрывают?

– Все, что может обернуться против них, когда начнется правосудие.

– А как же Амалия? Мы ее когда заберем?

– Мы ее заберем, Мари. Пока надо оставаться здесь.

– Долго мы не протянем. Тем более без еды. Вода с водосточных труб, а вот продукты, где их брать?

– Я сейчас спущусь в квартиры. Хотя сомневаюсь найти что-то. Но все же.

– А с тобой нельзя?

– Ты такая смешная у меня. Если нас застанут двоих, не есть хорошо. Нас двоих арестуют. Жди меня здесь.

И снова мучительное время в ожидании. Я села в дальний угол, прижав колени к себе, и стала ждать.