ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В мире, забытом Творцом, боги и демоны ведут политические интриги, а ангелы закрылись в остатках первоначальной задумки. В этом хаосе родился наш герой, судьба и происхождение которого Алмаз Эрнисов Ритуал Пролог В тенистом лесу, уже тронутом дыханием осени, кружились в последнем полете листья. Раскрашенные осенью спускались они на своих собратьев, плотным ковром устилая землю. Разреженный лунный свет освещал небольшую опушку, заросшую пожухшей травой и кустарником. Тишину осеннего леса разрывали крики людей, прочесывающих местность в поисках беглеца. – Он не мог далеко уйти! – Оправдывался стражник перед закутанной в рясу фигурой. – Идиоты! Вы упустили выкормыша бездны! И он теперь разгуливает на свободе, угрожая жителям целой провинции! – Бушевал закутанный в рясу человек. На его плече блестела в лунном свете эмблема инквизиции. – Мы догоним его! Он всего лишь ребенок. Ему не скрыться. – Попытался убедить собеседника одетый в кирасу стражника мужчина. – Ребенок! – Почти прокричал инквизитор. В его голосе прорезались истерические нотки. – Эта тварь ученик одного из самых могущественных демонологов этой страны! – Добавил он, не давая собеседнику времени на оправдания. – Будет исполнено, ваше святейшество! – Угодливо залепетал стражник. – Ступай, и без мальца не возвращайся. Экзекуция произойдет в любом случае. – Зловеще произнес инквизитор, вбивая страшные слова в голову собеседника, словно гвозди в крышку гроба. Что ответил стражник, Гарвель уже не слушал. Свернувшись калачиком и присыпав себя дерном, жухлыми листьями и прочим найденным на земле мусором, он изо всех сил сдерживал так и норовившую прорваться наружу дрожь. И дело было даже не в холоде, юный ученик Эдварда, все еще не мог оправиться от шока. Рухнуло все! Все, что ранее казалось таким незыблемым. Приземистая башня, ставшая для него домом, такая уютная раньше сейчас смотрела на мир черными провалами окон,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Подхватив с земли увесистый булыжник, Торкус метнул его изо всех сил. Свистнув в воздухе камень словно снаряд баллисты рванулся к намеченной доминиканцем цели. Огненный щит он прошел почти мгновенно, лишь раскалившись, словно побывав в горящей печи как минимум несколько минут, а не одно неуловимое мгновенье. Воздушный смерч мягко принял раскаленный снаряд, добавив его к огромной коллекции вращающихся вокруг Изольды предметов.

– Тебе все равно не победить, инквизитор! – Выкрикнула Изольда, перекрывая голосом окружавшего ее смерча. Ее больше не шатало, а жуткая рана на ноге зарастала прямо на глазах. – Все демоны ада не защитят тебя и тебе подобных! – Продолжала кричать элементалистка, рискуя сорвать голос.

– Я доберусь до тебя, ведьма! – Взвыл в ответ Торкус, душившая его ярость немедленно нашла выход. Время вновь послушно замедлилась, окружающий мир словно бы выцвел, остался лишь режущий глаза свет и столь же непроглядная тьма, на фоне которой вырисовывался смутный силуэт противника. Длинными полутораметровыми прыжками инквизитор рванулся к огненному куполу, скрывавшему его противницу. За миг до того как Торкус соприкоснулся зыбкой поверхностью пламенной сферы, его тело покрыл толстый слой склизких щупалец. Еще мгновенье, и они с шипением распались невесомым пеплом, однако задачу свою выполнили: порядком обожженный доминиканец был жив. Прорываясь сквозь чудовищной силы вихрь, доминиканец упрямо делал шаг за шагом. Две тяжеленные каменные глыбы, которые он успел ухватить до того как танцующий вокруг Изольды вихрь вышвырнул бы его обратно сквозь пламя щита, помогали ему противостоять мощи воздушной стихии. Однако внезапность была потеряна. А ответ Изольды не заставил себя ждать. Свернутый в тугой таран воздух ударил в грудь инквизитора, словно пушинку отшвыривая его прочь, серебристая, покрытая серебром сталь нагрудника промялась словно от удара тарана. На камнях осталась кровь и клочки кожи. Острые грани разодрали перчатки из толстой буйволовой кожи, защищавшие руки инквизитора. А через неуловимое мгновенье Торкус рухнул на землю. От участи быть запеченным в собственном доспехе его спас толстый поддоспешник, однако там где его небыло, металл доспеха буквально впекся в плоть, распространяя вокруг тошнотворный запах паленого мяса. Игнорируя

боль, Торкус с трудом поднялся. Дыхание стесняла смятая грудная пластина доспеха. Стальные латы распространяли вокруг себя гибельный жар, однако Уфир плеснул в Инквизитора струй белесой жидкости, окатив его с ног до головы. Инквизитора на миг окутало облако пара, защитившее его от огненной стрелы, пущенной Изольдой. А спустя пару секунд облако рассеялось. Открыв очумело трясущего головой доминиканца.