Доспех его из серебристого превратился в молочно-белый, словно бы покрытый толстым слоем стеклянной глазури, той, что украшает дома самых богатых шейхов Зепара. Однако ничего общего со стеклом эта молочная пленка не имела. Выплеснутая Уфиром жидкость, соприкоснувшись с раскаленным металлом доспехов затвердела.
– Это даст тебе дополнительную защиту от стихийных атак. – Прозвучало в заполненном яростным стуком сердец разуме инквизитора. Одно из щупалец Уфира швырнуло инквизитору его боевой молот также покрытый блестящей коркой молочного цвета.
– Тебе мало тварь!? – Выкрикнула Изольда, из ее раскрытых ладоней ударил целый сноп мелких злых искр, словно мошкара, они устремились к висящему в воздухе демону. Всего за пару мгновений они вгрызлись в тело Уфира, глубоко зарываясь в его плоть, а в следующий миг его разорвало на сотню мелких частей веером разлетевшихся по улице.
– Ну что все?! – Лицо Изольды исказил злой оскал. – Больше тебе никто не поможет, церковная шавка! – Прорычала элементалистка. С мрачным удовлетворением наблюдая, как догорают остатки сплетенной из щупалец твари. 'Ну, кто бы мог подумать: инквизиции помогают демоны?!' – Билась в голове женщины мысль.
– Со мной Господь! Так ктож против меня!? – Выкрикнул Торкус древний клич ордена паладинов. В ответ он услышал издевательский смех элементалистки. А вслед за смехом, по нему хлестнула тугая молния. Однако в отличие от природной стихии рукотворный разряд двигался куда медленнее, впрочем у человека все равно не было ни единого шанса увернуться. Каково же было изумление Изольды, когда инквизитор отмахнулся молотом. Сыплющая искрами электрическая дуга безвредно рассыпалась искрами, соприкоснувшись с оружием доминиканца.
– Единый защитит меня! – Победно взревел Торкус, бросаясь в атаку. Однако Изольда вовсе не собиралась позволить инквизитору добраться до себя- короткое усилие, и доминиканца подбрасывает вверх проклюнувшийся гейзер. Едва инквизитор достиг вышей точки своего полета, как на него сверху обрушилось воздушное копье буквально вбившее его в землю. Отвратительно хрустнул хребет. Смертельный холод сковал правую часть тела инквизитора. Ощущение безысходности вкупе с пораженческими мыслями наводнили разум. Губы доминиканца с вскипевшими на них кровавыми пузырями медленно шевелились. Он шептал молитву, моля Единого о прощении.
– Очнись, инквизитор… Ты еще не умер, и у тебя есть шанс победить. – Раздался в голове Торкуса как всегда спокойный голос Уфира.
– Это ты демон? – Задал риторический вопрос Торкус. Однако с губ его сорвалось едва слышное хрипение. На миг в душу доминиканца проклюнулся страх, что демон его не услышит. Тем более, что он вообще сомневался, что действительно слышит голос Уфира.






