ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Астра Брайн выросла в захолустной сельской общине в Британской Колумбии с отцом, уделявшим ей мало внимания. Со временем перебравшись в Калгари, она долго пытается найти свой путь в жизни, Сидар Бауэрс Астра Canada Council Conseil des arts for the Arts du Canada Издательство выражает признательность Канадскому совету по делам искусств за финансовую поддержку перевода этой книги. Copyright © 2021 CEDAR BOWERS, by arrangement with CookeMcDermid and Synopsis Literary Agency. Originally published in English by McClelland & Stewart, a division of Penguin Random House Canada. © М. Гурвиц, перевод на русский язык, 2024 . Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме с помощью каких-либо электронных или механических средств, включая изготовление фотокопий, аудиозапись, репродукцию или любой иной способ, или систем поиска и хранения информации без письменного разрешения издателя. *** Посвящается Майклу Я не буду притворяться, Я не стану улыбаться И, конечно, не скажу, Что тебе я подхожу, — Тебе, кем ты мог бы оказаться, Тебе, кем ты мог бы оказаться. Марта Уэйнрайт Рэймонд Рэймонду Брайну не хотелось думать о ребенке, который должен был появиться на свет. Он ни об этом думать не хотел, ни о Глории, ни о собственной роли во всей этой истории. Не хотел думать ни о скулящем и беспомощном создании, ни о пуповине, ни о первом крике, ни о нежной новорожденной коже. Ни о родной крови, ни о семейных чертах, ни о непреодолимой тяге человечества к перенаселению этой изрядно потасканной планеты он тоже не думал. Ему хотелось только одного – делать свою работу. Тянуть с товарищами лямку на землях Небесной Фермы под бескрайним куполом небес. Заниматься землей, ирригацией, видами на урожай, строительством новых домов для членов общины, но рождение этого ребенка приближалось со стремительностью полета кометы, превращая все в несусветн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ведь Рэймонду, что ни говори, уже под девяносто. Когда Джастин встал, взглянул через реку в мою сторону и подал мне сигнал, о котором мы договорились: спуская лодку на воду, одной рукой коснулся уха, – я взяла телефон, причем руки мои не дрожали, как часто бывает. Пока я говорила с диспетчером, разум мой, словно стремясь меня успокоить, витал в облаках. Я пыталась сообразить, какой нынче день недели, понять, где находится Хьюго и рады ли мои внуки возвращению в школу.

Надо бы им ближе к вечеру позвонить,

решила я. Потом, снова взглянув на Джастина, я подумала, как лучше его отблагодарить за хлопоты – подарить бутылку вина или угостить пирогом? И чуть не рассмеялась, представив себе, что могли бы подумать люди, увидев меня сейчас или узнав, о чем я думаю. Почему, интересно, я с ума не сходила от беспокойства? Почему не выла воем от отчаяния? Почему вела себя так, как будто смотрю кино?

Потому что это Рэймонд

, подумала я, отвечая себе самой на эти вопросы.

– Он всегда мне вроде как нравился, – сказал Джастин, когда мы ехали за машиной скорой помощи в его малюсенькой двухместной электрической легковушке.

– Он всем нравится. Никогда в жизни ни о ком не беспокоился, никогда ни за что не отвечал, почему бы ему не быть обаятельным? – сказала я, обратив внимание на несколько дюймов, отделявших его плечо от моего и вспоминая о силе его тела, когда он работал веслами. Хотя больше меня волновало, что впереди ехал Рэймонд, принявший успокоительное и связанный, а за ним следили незнакомцы в масках.

– Когда я свой сад разбивал, он частенько ко мне захаживал, – продолжал Джастин, не отрывая глаз от дороги и сохраняя неизменную дистанцию до бампера скорой помощи.

Я улыбнулась.

– Советы тебе давал, я так понимаю?

Он хмыкнул.

– Да. И очень мне этим помогал. Вырос-то я в городе, поэтому любому совету радовался.

Все руки Джастина от ногтей до коротких рукавов футболки покрывали татуировки. Голова была обрита наголо, густая, почти седая борода спадала на грудь. Я здесь поспрашивала людей и вот что пока выяснила: он приехал сюда лет пять назад после выхода на пенсию, приехал со своей подружкой, но та вскоре захворала. В молодости они были музыкантами, познакомились в одном ансамбле – она была солисткой, как некоторые говорили, особой замкнутой и недружелюбной, а он зарабатывал на жизнь строительством террас, веранд, гаражей и небольших сарайчиков. Никто не мог сказать, были у них дети или нет (я сама не решалась его спросить и ничего не рассказывала ему о Хьюго), и большинство считали, что после ее кончины он не отказался бы снова завести семью, но оставался холостяком. Вот так на тот момент

обстояли дела. Людей по соседству прибавлялось.