ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Астра Брайн выросла в захолустной сельской общине в Британской Колумбии с отцом, уделявшим ей мало внимания. Со временем перебравшись в Калгари, она долго пытается найти свой путь в жизни, Сидар Бауэрс Астра Canada Council Conseil des arts for the Arts du Canada Издательство выражает признательность Канадскому совету по делам искусств за финансовую поддержку перевода этой книги. Copyright © 2021 CEDAR BOWERS, by arrangement with CookeMcDermid and Synopsis Literary Agency. Originally published in English by McClelland & Stewart, a division of Penguin Random House Canada. © М. Гурвиц, перевод на русский язык, 2024 . Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме с помощью каких-либо электронных или механических средств, включая изготовление фотокопий, аудиозапись, репродукцию или любой иной способ, или систем поиска и хранения информации без письменного разрешения издателя. *** Посвящается Майклу Я не буду притворяться, Я не стану улыбаться И, конечно, не скажу, Что тебе я подхожу, — Тебе, кем ты мог бы оказаться, Тебе, кем ты мог бы оказаться. Марта Уэйнрайт Рэймонд Рэймонду Брайну не хотелось думать о ребенке, который должен был появиться на свет. Он ни об этом думать не хотел, ни о Глории, ни о собственной роли во всей этой истории. Не хотел думать ни о скулящем и беспомощном создании, ни о пуповине, ни о первом крике, ни о нежной новорожденной коже. Ни о родной крови, ни о семейных чертах, ни о непреодолимой тяге человечества к перенаселению этой изрядно потасканной планеты он тоже не думал. Ему хотелось только одного – делать свою работу. Тянуть с товарищами лямку на землях Небесной Фермы под бескрайним куполом небес. Заниматься землей, ирригацией, видами на урожай, строительством новых домов для членов общины, но рождение этого ребенка приближалось со стремительностью полета кометы, превращая все в несусветн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С тех пор каждый день я занималась своими новыми делами, лишь иногда нарушая их рутинное течение, когда ездила в город на жадно жравшем бензин старом грузовичке. В этих случаях я клала свой игральный кубик в углубление на приборной панели, открывала окна, включала радио и слушала первую попавшуюся передачу, смотрела на дачные участки с домами, понастроенными вдоль недавно заасфальтированной дороги. Козы, свиньи, клетки для кроликов, огороды. Я притормаживала, приглядываясь к людям, выгуливавшим на обочинах своих колли и пиренейских горных собак. А когда приезжала в Ланн, люди со мной здоровались. Меня там уже знали. Можно даже сказать, что завела там знакомых. И Джастин тоже стал вроде как другом. Уже несколько раз я приглашала его пропустить по стаканчику перед ужином. В Небесной у реки есть небольшой помост с двумя стульями, повернутыми в сторону запада, где можно посидеть и поболтать о том о сем. Впервые увидев эти стулья, я удивилась, что Рэймонд их там установил, так долго прожив в одиночестве. Мне стало интересно, о чьем визите он мог подумать: Глории? Дорис? А может быть, он меня себе воображал?

Какое-то время я ехала спокойно, потом, после того как Джастин свернул к районной больнице, заметила, что он украдкой на меня поглядывает.

– Тебе чего? – поинтересовалась я. Мелькнула мысль, что он, может быть, решил, что я с ним иногда флиртую.

– Мне жаль, что ты попала в такую передрягу. Тебе, должно быть, нелегко, – сказал он значительно серьезнее и рассудительнее, чем мне бы хотелось.

– Ох… – Я прикусила верхнюю губу. – Пожалуйста, не надо меня жалеть. Не очень-то я и расстроилась.

– Нет? – он пристально на меня посмотрел.

– Нет, – уверенно ответила я.

Потому что так оно и было. В тот момент я знала только то, что все наконец изменилось именно так, как я и предполагала. Потому что Рэймонд никогда больше снова не станет Рэймондом. Для этого было слишком поздно. Теперь он не сможет меня любить так, как я всегда надеялась, что он меня полюбит, и с этим ничего не поделаешь. Потому что теперь я могу себе сказать, что это в прошлом. Потому что теперь в каком-то смысле будущее казалось мне ярче, чем оно было долгие, долгие годы.

Неделю спустя после того, как Рэймонд обустроился в своей комнате, мне позвонили утром из дома престарелых.

– Вы можете приехать? – спросил управляющий таким деловым тоном, что дальше некуда. – Прошлой ночью нам пришлось снова переселить вашего отца. Нужно распаковать его вещи.

– О-о, – отозвалась я, поскольку не собиралась и не хотела ехать туда на этой неделе. Никакого желания не было.

– К сожалению, – продолжал управляющий, – ваш отец не привыкает к обстановке так успешно, как мы надеялись. Он постоянно вламывается в комнаты других людей и ищет выход.