ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Из-за обилия озер и болот большую часть года замок Ацер укрыт дымкой тумана. Я приехала сюда поздней осенью, чтобы выполнить поручение брата и собрать материал для своей научной работы. Кто Ольга Богатикова Туман Глава 1 Вечером туман захватил в плен всю округу. Он окутал улицы Бадена серым маревом, таким густым и плотным, что желтые огни фонарей казались в нем глазами ночных чудовищ. За городом дымка была гораздо прозрачнее и напоминала молочную вуаль, которую кто-то накинул на луга и петляющую между ними дорогу. Холмы тонули в тумане по самые макушки, и их можно было принять за силуэты сказочных великанов, тихо наблюдающих за смельчаками, рискнувшими выехать из Бадена в такую погоду. Я смотрела в окошко такси и думала о том, что и туман, и холмы, и весь этот готический вечер очень органично сочетаются с конечной целью моей поездки. – Долго ли еще ехать до замка? – спросила у водителя, долговязого молчаливого мужчины, не сказавшего и пары слов с того момента, как я села в его машину. – Минут десять, – ответил таксист. – Только он, скорее всего, будет закрыт. После семи часов вечера туристов на его территорию не пускают. – Я не турист. У меня в Ацере важное дело. Его хозяин в курсе, что я прибуду, поэтому пустит меня в любое время. Мужчина равнодушно пожал плечами, и остаток пути мы провели в тишине. Замок возник перед нами неожиданно. Когда автомобиль огибал очередной холм, он просто появился из-за поворота, окутанный туманом, как призрачной шалью. При виде его огромных башен, тонувших в темноте неба, мне стало слегка не по себе. – Приехали. Таксист остановил машину у высоких кованых ворот и вышел, чтобы достать из багажника сумку с моими вещами. Я выбралась на улицу вслед за ним. Сырой ноябрьский воздух ударил в лицо, пробрался в рукава куртки, и я мгновенно замерзла. – Где же вход? – спросила, забирая у таксиста свой багаж. – Здесь, – мужчина кивнул на закрытые вор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Эти мысли меня убивали. Они дарили надежду, что у нашей истории может быть продолжение. Что однажды, во время очередного входящего звонка, на дисплее телефона вдруг отобразится знакомое имя, и мягкий бархатный баритон скажет… Господи, пусть он скажет, что угодно, любую ерунду. Извинится за холодность или, как ни в чем не бывало, пригласит провести в Ацере зимние каникулы. Спросит как дела у фольклорного сборника или сообщит, что я забыла в гостевой спальне резинку для волос. Лишь бы сказал, лишь бы позвонил.

Но время шло, а Солус не объявлялся. С каждым днем надежда на встречу или разговор становилась все более хрупкой, и это вводило меня в уныние. Сама же выходить на связь с Эдуардом я не смела, потому как обещала его не беспокоить.

Стараясь отвлечься от грустных раздумий, я с головой ушла в работу. Мой сборник был издан точно в срок, следом за ним в печать отправились еще два, а университетский архив неожиданно для самого себя приобрел волонтера, который после работы разбирал и структурировал то, до чего у архивариусов не доходили руки. Коллег чрезвычайно радовало мое рвение, а я даже начала получать от него удовольствие: оказалось, если систематически задерживаться на работе на три-четыре часа, дома можно упасть на кровать и спать всю ночь мертвым сном без каких-либо сновидений.

Правда, оставались выходные, которые нужно было как-то пережить. Трудиться на благо университета в субботу и в воскресенье было заманчиво, но опасно – бабуля, вставшая на защиту моего физического здоровья, пообещала приковать меня к батарее, если я не оставлю себе хотя бы эту пару дней на восстановление потраченных сил. Поэтому дважды в неделю я оставалась дома и принимала гостей – тех самых родственников-соседей-одноклассников, которым надлежало поднимать мне настроение.

Так прошел декабрь. Потом миновали новогодние праздники, а за ними январь и февраль.

О Солусе я старалась не вспоминать, и теперь мне это почти удавалось. Впереди замаячила привычная жизнь – та, которую я вела до поездки в туманный Баден.

А потом наступила весна.

***

Я заметила его случайно. Шла из филологического корпуса в кафе и неожиданно ощутила на себе чей-то взгляд. Оборачиваться было глупо – в толпе людей, появлявшихся здесь во время обеденного перерыва, рассмотреть кого-либо не представлялось возможным. Но я обернулась – и сразу же увидела знакомые глаза цвета горячего шоколада, темные волосы, собранные в хвост, и серое дорогое пальто.

В первое мгновение я решила, что мне почудилось. На секунду зажмурилась, но видение не исчезло. Эдуард Солус стоял на противоположной стороне пешеходной улицы и смотрел прямо на меня.

Внутри что-то екнуло и оборвалось.

Говорят, в марте голову сносит не только у котов, но и у людей.