ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Анне 18, а Платону — 38. Он — состоявшейся врач, она заканчивает школу. Волею судьбы один год они вынуждены прожить вместе, но он никогда не позволит себе лишнего, так как убежден, что Mariya Velvet Отчим Часть 1 Возвращение. Глава 1. Воспоминания Последние семь лет Платон скептически относился к браку и обязательствам из него вытекающим. Хватит! Хватило первой, крайне неудачной женитьбы. Они прожили с Дианой целых пять лет, и он, достаточно молодой тогда мужчина, старался в этих отношениях, как мог. Идиот! Молодой двадцатишестилетний идиот! Наплевал на неодобрение собственных родителей, работал на двух работах, брал дополнительные дежурства, дочку ее, рожденную Дианой еще в школе, удочерил и относился к девочке, как к родной, хотя у него и опыта отцовства никакого не было. Все годы брака Платон искренне считал, что все у них нормально, что Диане всего хватает, пока супруга не сделала резкий финт ушами и не укатила в поисках лучшей жизни в Турцию. Дочку свою, Анечку, разумеется, забрала с собой. Девочку она любила и берегла. Платон же остался в своем родном поселке как оплёванный. Соседи и друзья судачили несколько месяцев, обсуждая его мягкотелость и ветвистые рога. По словам знакомых оказалось, что Диана несколько лет вела довольно активную жизнь в социальных сетях и нередко выкладывала фривольные фотографии. Марта, старшая сестра Платона, плевалась ядом, доказывая, что пять лет жизни ее брат потратил впустую. — На эту дуру и ее потомство! Содержал их! Еще и усыновил девчонку! А вдруг Дианка потом на алименты подаст⁈ — Марта, я же не идиот, я прекрасно отдавал отчет своим действиям, удочеряя Аню. Я бы и рад платить ей алименты, ребенок растет, ей много чего нужно, да Диана теперь деньги не берет и на контакт не идет. Этот ее турок очень богат, у него, по слухам, целый отель на побережье. — Вот и не нужно чужих детей больше привечать! Тебе уже за тридцать, тебе Дианк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Платон ушел от удара и для порядка врезал анестезиологу в бок. После этого их быстро растащили.

— Извращенец чертов, признайся, специально себе ее из Турции выписал? На молоденьких потянуло⁈

Кулагин сделал вид, что плюнул на пол.

— Дождешься, еще раз получишь, — хмуро пообещал Платон, — на этот раз по лицу.

Марта сидела за кухонным столом, нахохлившись, как курица на насесте.

С сестрой он драться не будет.

— Нечего мне мораль читать, — сразу заявил Платон и

достал из шкафа запрещенное оружие — любимый Мартой шоколадный ликер и две рюмки.

Увидев перед собой напиток, учительница быстро выпила его, и Платон ей заботливо налил еще.

— Я не могу поверить… — скуксилась она.

— Придется, — осторожно усмехнулся Платон. — Марта, это наше с Анной дело. Что бы там уважаемая общественность не думала. Кстати, Марта, уж кто-кто, а ты активно сводничала.

— Я хотела, чтобы Аня на тебя обратила внимание, но думала, что ты все сделаешь по-человечески, выпускной, предложение руки и сердца, поступление, а уж потом беременность, курсе на последнем. Какие вы, мужчины, всё-таки животные!

— Все пошло не по твоему сценарию? — усмехнулся Платон.

— Какой у нее срок? Все же будет нормально? — с надеждой спросила сестра.

— Два месяца уже, — с осторожной гордостью ответил Платон. — В сентябре ждем. Я прошу хотя бы от тебя максимальной деликатности в этом вопросе.

Ночь в больнице тянулась, как бесконечная нить, сотканная из храпа и тиканья часов на стене. Аня лежала, прислушиваясь к тишине внутри себя — там, под рёбрами, где теплилась жизнь. Рука непроизвольно легла на живот, будто прикрывая кроху от мира, полного острых углов и колких слов.

Захотелось подышать, и девушка выскользнула в длинный больничный коридор.

— Марта уехала, — сказал Платон, обнимая её за плечи. — Сказала, что привезёт тебе учебники. Чтобы не отстала.

Ему, как доктору, не составило труда прийти в больницу во внеурочное время.

— От кого? От сплетен? — горько усмехнулась Аня.

— От мечты, — поправил он. — Ты же хотела в мед…

Глава 6. Жизнь монахов

Анне в палате, где лежали гинекологические больные, было откровенно страшно. Лежали, в самом деле, и школьницы, и женщины постарше, и сохраняющие беременности, и после прерывания.

Ее терпению пришел конец, когда на соседнюю койку положили женщину, направленную на прерывание беременности по медицинским показаниям.

Двадцать одна неделя, множественные, несовместимые с жизнью патологии. Женщине дали таблетки, вызывающие схватки.

Так как все это происходило буквально в полутора метрах от Ани, девушка не выдержала и сбежала в коридор, чтобы позвонить Платону.

— Немедленно забери меня отсюда, или я сама уйду, — потребовала Аня, объяснив ситуацию. — Моя нервная система искусственных родов в прямом эфире не выдержит.