ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Анне 18, а Платону — 38. Он — состоявшейся врач, она заканчивает школу. Волею судьбы один год они вынуждены прожить вместе, но он никогда не позволит себе лишнего, так как убежден, что Mariya Velvet Отчим Часть 1 Возвращение. Глава 1. Воспоминания Последние семь лет Платон скептически относился к браку и обязательствам из него вытекающим. Хватит! Хватило первой, крайне неудачной женитьбы. Они прожили с Дианой целых пять лет, и он, достаточно молодой тогда мужчина, старался в этих отношениях, как мог. Идиот! Молодой двадцатишестилетний идиот! Наплевал на неодобрение собственных родителей, работал на двух работах, брал дополнительные дежурства, дочку ее, рожденную Дианой еще в школе, удочерил и относился к девочке, как к родной, хотя у него и опыта отцовства никакого не было. Все годы брака Платон искренне считал, что все у них нормально, что Диане всего хватает, пока супруга не сделала резкий финт ушами и не укатила в поисках лучшей жизни в Турцию. Дочку свою, Анечку, разумеется, забрала с собой. Девочку она любила и берегла. Платон же остался в своем родном поселке как оплёванный. Соседи и друзья судачили несколько месяцев, обсуждая его мягкотелость и ветвистые рога. По словам знакомых оказалось, что Диана несколько лет вела довольно активную жизнь в социальных сетях и нередко выкладывала фривольные фотографии. Марта, старшая сестра Платона, плевалась ядом, доказывая, что пять лет жизни ее брат потратил впустую. — На эту дуру и ее потомство! Содержал их! Еще и усыновил девчонку! А вдруг Дианка потом на алименты подаст⁈ — Марта, я же не идиот, я прекрасно отдавал отчет своим действиям, удочеряя Аню. Я бы и рад платить ей алименты, ребенок растет, ей много чего нужно, да Диана теперь деньги не берет и на контакт не идет. Этот ее турок очень богат, у него, по слухам, целый отель на побережье. — Вот и не нужно чужих детей больше привечать! Тебе уже за тридцать, тебе Дианк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Боишься, что я начну досрочно праздновать восемнадцатилетие и устрою вечеринку? — усмехнулась Аня. — Зачем мне нянька? Мы через две недели итоговое сочинение пишем, я и так буду паинькой!

— Я хочу быть уверен, что ты не одна в большом доме и не грустишь, — пожал плечами Платон.

— Ну как я с ней тут буду, — всплеснула руками Аня.

Мужчина без устали любовался ей. Аня была очень хорошенькой. Вот и сейчас она так трогательно сидела на диване, поджав ноги, что хотелось бесконечно ласкать ее глазами. Он посмотрел на эту длинную косу, на девичью грудь и вздохнул.

— Отлично будете ладить. Она хорошая.

— Да вся школа знает, какая она злая! — всплеснула руками Аня.

— Это она в школе злая, а так тебя Марта очень даже любит. Дома с ней будет хорошо. Я электрический тен в бане вчера починил. Марта баню любит. Будете тут вдвоем царицами, париться по субботам и не только по субботам. Не вредничай!

— Я не вредничаю, — кивнула Аня.

— А под новый год я приеду, — пообещал Платон.

Аня не унималась, решив высказать обиды:

— Эта добрая, уважающая чужие границы женщина регулярно обшаривает мою комнату, — с обидой сказала девушка. — Аккурат каждый раз, когда мы с тобой уезжаем.

Платон поперхнулся.

— Ты уверена? — недоверчиво сказал он.

Глаза девушки заметали молнии.

— Абсолютно! У нас с тобой дома порядок. Тем более у меня в комнате. Я приезжаю — учебники стоят по-другому, тетрадки перебраны, постель… даже постель переправлена!

— Почему ты мне сразу не сказала, я бы сразу навел порядок, сказал бы ей, что думаю по этому поводу, — заявил Платон.

— Не в моих интересах провоцировать сейчас конфликты, — справедливо всплеснула руками девушка.

Платон внимательно посмотрел на нее.

— Аня, — он произнёс её имя так мягко, что она невольно обернулась. Его пальцы осторожно коснулись её подбородка, заставив поднять глаза. — Я считаю тебя самой важной. Поэтому и волнуюсь. В твоих интересах инициировать конфликты там, где грубо нарушают твои границы, — серьезно сказал он. — Никаких санкций тебе за это не будет. Ты такой же член семьи… Я теперь понимаю, почему Марта жаловалась, что ты на нее волком смотришь. Давно нужно было мне сказать. Вообще, на нее это похоже.

— Она порушит тут всю мою чистоту! У нас все разложено красиво! — возмущалась девушка.

— Я приеду, помогу тебе вернуть все в первоначальный вид, кружечки ручками направо поставим, как ты любишь, — засмеялся Платон, — Я и так знаю, что наш дом — шедевр. Ты ответственная, пунктуальная, воспитанная, опрятная, внимательная, умеющая вкусно готовить, а тут нужно подчиняться другому женскому авторитету… А с сестрой поговорю…

— Не нужно ей ничего говорить. Если уж ты настаиваешь, чтобы Марта Михайловна до нового года жила здесь… (Платон решительно кивнул)…Я попробую с ней подружиться.