Сегодня же нет вечернего приема?
Платон сначала оцепенел, а потом настороженно опустил руки и дал ей осуществить задуманное. Пусть поправит, если ей так хочется.
— Ты сегодня сияешь, — неожиданно сказал он, сам поправляя ей спадающую прядь. — Как майское утро. Сегодня приду вовремя.
Глава 6. Командировка
Прошло 2 недели. День за днем происходило, в общем то, одно и то же. Ночью Платон упрямо приходил к ней и оставался практически до утра. Очень скоро Аня освоилась. Она уютно устраивалась в его объятиях и засыпала.
Сегодня комната тонула в янтарном свете настольной лампы. Аня сидела, поджав ноги, на диване, пока Платон складывал свой чемодан. Каждый звук — щелчок замка, мелодичная укладка мужчиной своих принадлежностей отдавался в её груди глухим эхом.
— На четыре недели… — проговорила она, не глядя на него, проводя пальцем по шершавому узору покрывала. — Там же холодно, да?
Он приостановился, сжимая в руке сланцы. Глаза, обычно такие уверенные, теперь выглядели тревожно.
— Минус тридцать, не меньше. Но в больничном корпусе топят хорошо, — голос звучал слишком бодро, будто он убеждал себя. — Геологи там крепкие, но даже они ломаются. Как и оборудование.
Она подняла голову, и их взгляды встретились. В его глазах мелькнуло что-то тревожное — тень, которую он тут же спрятал под маской деловитости.
— Мне не хочется ехать в эту командировку, но она стояла в плане еще восемь месяцев назад. Там в поселке при предприятии всего один штатный хирург. В принципе, ты уже спишь хорошо, без хождений по дому. Оставлять тебя почти не страшно.
Аня оптимистично кивнула.
— Главное, до нового года возвращайся! — улыбаясь, попросила она.
— Главное, тут замуж без меня не выйди за какого-нибудь одноклассника или преподавателя, — буркнул Платон. Мужчина сердито закрыл сумку с такой силой, словно хотел посадить туда саму Анну и увезти в собой в Амазар.
Он умолчал, что все две недели он спал с ней в одной кровати, Аня умолчала, что с первого же дня знает об этом. Она вообще решила помалкивать. Раз уж мужчина такой нерешительный! В принципе, ее положение
дел пока устраивало. Ночью она просто купалась в его нежности.
Один раз Аня устроила ему такую провокацию, сама не знала, что на нее нашло.
После ванны она легла спать под одело абсолютно голая, иезуитски предполагая его если не соблазнить, то сильно поколебать железную стойкость мужчины.
Но, к разочарованию Анны, не вышло. Платон нырнул к ней под одеяло, пораженно охнул тщательно завернул ее в простыню и только. Аня сама пожалела о своем поступке, потому что у мужчины разве что зубы не скрипели. Дыхание сбивалось, и спал он, похоже, ужасно. Его стало жалко. Больше Аня так не делала.
— Я приглашу к нам пожить Марту, — поставил Анну перед фактом Платон. — Будет тебя тут охранять и развлекать.






