Но Аня вот она, сидит рядом, руку протяни, что-то читает, пока он ведет машину. Даже успокоилась и уже не пыхтит сердитым ежиком.
Неужели она правда беременна? Конечно, да, тесты врут только в рассказах сельских кумушек. Показал тест две полоски, значит имплантация зародыша в тело матки состоялось. Смелая какая девочка. Взяла и оставила ребеночка, даже ему поначалу ничего не сказала. Анне всегда нравились дети, наверное ей просто не хватает семьи, а ребенок призван заполнить пустующее место в сердце.
— А школа, милая? Как будем решать вопрос со школой? — спросил Платон.
— Три месяца осталось. Крайний экзамен 31 мая, профильная математика. Потом останется только аттестат получить. Не беспокойся за меня, — спокойным полным мягкости голосом сказала Аня.
Платон вздохнул. Как не волноваться? Юный человек, беременный.
— Я хочу, чтобы ты отдыхала, не перенапряглась. Спала, сколько хочется. А я заметил, что ты подослабла, списывал на стресс от усиленной подготовки. У тебя тени под глазами. Когда каникулы?
— Нескоро, шесть недель еще, — вздохнула Аня.
— Новая бабушка тебя хотела на курорт свозить. Поедешь? — поинтересовался Платон.
Он совсем забыл рассказать ей.
— А можно? Ну, в плане здоровья? — удивилась Аня.
— Если все будет в порядке, то да. Второй триместр — самое спокойное время. Понежиться на пляже тебе не помешает, — кивнул Платон.
— Я без тебя не поеду, — улыбнулась Аня. — Что мне бабушка, чужой человек. Только с тобой.
— Я постараюсь, Ань. Я не против, и бабушку с собой возьмем. Но, боюсь, понимания в нашем деликатном вопросе можно не ждать… Да, неделю, наверняка, выкрою, ради такого случая.
* * *
— Я теперь буду пользоваться ванной на первом этаже, — объявила Анна, собираясь в душ.
— Ты и раньше могла ей пользоваться, — улыбаясь кивнул Платон. — Я же говорил, весь дом для тебя.
— Раньше это была твоя ванна, — лукаво улыбнулась Аня.
Она совсем продрогла и спешила согреться.
— Замерзла? Я тебе чай сделаю, — сказал Платон. — Только Аня, тебе ванну принимать нежелательно, особенно горячую.
— Почему? — заинтересовалась девушка.
— Отслойка может быть. Чай тебе в ванную принести?
— Нет, тебе туда нельзя, — покачала головой девушка, а глаза ее блестели восторгом от осознания их новых ролей.
— Ладно, — покладисто сказал мужчина. Его глаза тоже блестели.
Он не хотел ее отпускать от себя, но Анне нужно было погреться.
После ванны Платон ждал девушку с чаем и ее же медовиком, который Анна пекла пару дней назад.
Девушка вышла в махровом халате, явно на голое тело, с тюрбаном из полотенца на голове.
Мужчина вздохнул. Он почти десять месяцев запрещал себе смотреть, отводил взгляд, а тут можно? Нет, ему еще нужно перестроиться.






