ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Скальпель Вячеслав Воронов Я снова сжимал в руках эту проклятую газету, мял её, с трудом сдерживая желание разорвать в клочья. Желание швырнуть на пол и с яростью разозленного носорога потоптаться по ней ногами. Конечно, я понимал, что это было бы мальчишеством, глупостью, чем угодно, но не поступком взрослого человека, у которого выкрали двенадцатилетнего сына. Газета — хоть какая, но все же улика. Надо было что-то делать, но что, я не знал. Мысли, подогреваемые эмоциями, грудились в голове кусками гранита, которые застыли после горного обвала. Если бы все было, как в кино — похищение, требование выкупа, все просто, жестко и понятно. Но бред этих событий я просто отказывался понимать. Кто была девушка, навязавшая мне газету? Наверняка их сообщница. Что было бы, не пойди я на те дурацкие курсы? Конечно, у них припасен запасной метод, как прочистить мне мозги, чтобы я осознал всю значимость их притязаний. Но я все же пошел, и в этом прослеживался четкий психологический расчет. Я всегда знал, что психология — великая вещь. Но лучше рассказать все по порядку. Это поможет мне сконцентрироваться и найти решение, выработать план, как действовать дальше. Раз уж я оказался один против организации, системы, взявшей меня в клещи. Один — среди людей, в государстве, с его институтами и гарантиями. Итак, в то утро, утро жаркого летнего дня, я побрел в ванную, чтобы умыться. Как только я открыл кран, в дверь позвонили. Я вышел из ванной и взглянул на часы, висевшие в коридоре. Стрелки показывали начало девятого. Марина уже ушла на работу, оставив в атмосфере квартиры назойливый запах парфюмерии. Руслан спал, его не разбудил бы и церковный колокол, не говоря о мелодичной трели звонка. Позёвывая и не слишком торопясь, я отыскал шорты, надел их и побрёл в коридор. За дверью я увидел де

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Все это медленно, но уверенно сочилось из узкой щели, как земной гад выползает из норы с целью свершить свое черное дело. В таком возбужденном состоянии метнулся я взад-вперед по спальне, затем, вспомнив, что мой сын, похищенное дитя мое вернулось домой, пошел в гостиную.

— Что ты сразу за компьютер? Ты, может, есть хочешь?

— Нет, не хочу. Да и что там у нас?… Как всегда, какая-нибудь каша? Смотри, что я ел…

Манипулируя мышкой, он сменил картинку, и на экране появилась наша гостиная, посреди которой я увидел самого себя. Рядом стоял Руслан с огромным бластером в руке. Выстрелив пучком плазмы десятка два раз в многочисленных врагов, окружавших его, судя по всему, со всех сторон, он вдруг швырнул бластер на диван и поспешил на кухню. Невидимый оператор с камерой отправился за ним.

— Вот, смотри, папа… — вымолвил Руслан, сидевший здесь, в комнате, во плоти, а тот, который находился в мире виртуальном, подошел к холодильнику. Холодильник был чужой, огромный, блестевший серебром. Руслан отворил дверцу и стал извлекать из его чрева всякие яства и выставлять их на стол. Первым делом он вынут торт, в прозрачной пластиковой коробке без крышки. Торт был просто загляденье — разноцветный, местами до того яркий, что резало глаз, украшенный множеством цветов из крема, звездочками из шоколада и прочими, не совсем понятными на первый взгляд фигурами. Вслед за тортом из холодильника Руслан извлек две коробки конфет, тоже радовавших глаз буйством расцветки. После этого на стол перекочевали пластиковые бутылки с ярко-оранжевым и пронзительно-зеленым напитками, упаковки с чипсами, еще какие-то пакетики. Все это неизменно поражало дизайном упаковки, яркостью и броскостью красок.

Читать дальше

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

— Смотри, папа, какая еда! — воскликнул Руслан, а его виртуальный двойник принялся, не совсем эстетично орудуя пальцами, поедать торт, запивая его прямо из бутылки оранжевым до рези в глазах напитком. Чем больше он ел, тем аппетит его разгорался сильнее, а скорость движения челюстей возрастала. Вокруг рта его тотчас налипло большое количество розового, белого, кроваво-красного крема, но он не обращал на это внимания.

— Что за бред? — обронил я растерянно, но в то же время завороженно глядя на экран.

— Какой же это бред, папа! Это осуществление всех желаний.