Как и предполагала мадаритка, они знали, что землянка – твое убежище на острове. Маги разрушили защитные чары. Она одна не смогла удержать барьер, пока мы заканчивали это.
Антон достал из мешочка на поясе крошечную прямоугольную склянку с бурлящей, точно живая, жидкостью. Навен взвесил флакон на ладони. Неужели это цена жизни?
– Я бы не смог сам. – Фрише тщетно искал себе оправдание. – Они защищены от меня верой. Их было слишком много.
– Понимаю.
– Те, на чьих руках кровь этой женщины, умрут. – Нос Леннарта едва заметно порозовел.
– Уже.
Коронер ощупал толстый выпуклый шрам, оставленный чарами Навена. Мужчина осторожно приблизился к Лиль. А когда присел рядом, девчонка поднялась и обняла его. Горка лохмотьев бесшумно вздрагивала.
– Люди де Вельта тоже хорошо тебя знают. Мадаритка надеялась продержаться до их прибытия, но переоценила свои силы. Или сообразительность воронов. Завязался бой. В суматохе псы попытались занять землянку. Когда они ворвались, я растерялся. Нас спасла эта юная особа.
– Никого я не спасала. Мы сбежали.
– Гнусный пес рассек портал мечем. Результат теперь останется со мной навсегда. Рану через все уровни материального и эфирного никакая сила до конца не исцелит. В любом случае, зелье готово. Время не ждет. Луна полная, а на острове война. Ну, хоть началась она не из-за нас и не из-за вас, государи мои. Однажды историки напишут, что корнем всего стала смерть мадаритки. Над телом которой сцепились псы и вороны.
Сердце звало Навена в лес. В бой. Назад. Туда, где сейчас мама. Только бы сиятельство сумел защитить ее и себя, как это было в битве с гизрийцами. Зверь внутри выл и рвал в клочья клетку ребер.
Решение требовалось принять немедленно. С кем быть? Бросить Леннарта самого разбираться с братом? Вон их сколько. Что сказал бы Орсо? Наверняка что-нибудь о долге. Разве оставил бы он раненого старика, сопливую малявку и парочку недоумков противостоять древнему злу? Ответ на поверхности.
– Готфри, сколько у нас будет времени, когда ты позовешь его?
– Четверть часа, половина, может быть. – Гизриец смотрел на свои руки, забинтованную и целую. – Мне бы оружие.
– Лучше ничего нет. – Навен протянул ему кинжал убитого в крипте рыцаря.
– По твоей команде.
Готфри всеми силами старался не показывать, что трусит.
– Леннарт, ты понимаешь, что нам придется драться с тем, во что превратился твой брат? – счел нужным уточнить Навен. – Что добром он не даст нам ни капли своей крови, и зелье тоже пить по собственной воле не станет? Готов?
– Ты ведешь, я следую. Когда мы прибыли на этот остров, для моего брата не было никакой надежды. Я смирился с тем, что его заживо похоронят в какой-нибудь выработанной штольне. Ты дал надежду. За ней я пойду до самого конца. Чем бы все ни обернулось.






