Он присел, увернулся и подтолкнул оскорбленного корладца в спину.
– Выслушай, – приказал Навен. – И если он скажет всю правду, я поручусь за его слова. За те, что слышал сам.
Готфри пересказал весь разговор убийцы и предполагаемой жертвы, коей должен был стать. Стычка с монстром не прошла для Навена даром. Руна сработала вполсилы, мерзкий гизриец пришел в себя после удара быстрее, чем хотелось бы.
Леннарт не желал верить. Он цеплялся за оправдания, которые всем, кроме него, казались детскими. Вера в непогрешимость стоящего у власти как ничто другое дополняла портрет рыцаря.
– Ватто, де Вельты, нен. – Готфри с остервенением впился пальцами себе в волосы. – Теперь я понимаю, что версий слишком много, и правда в них вплетена в каждую. Мог быть Ватто. Почему? Укрепление власти требует единобожия. Конклав может не соглашаться, но за Илнаром будущее. Не видит тот, кто слеп.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу
– Как высокомерно. – Леннарт положил руку на эфес меча. – Ты веруешь в очищающий огонь? В любовь Илнара? В торжество порядка над хаосом?
– Нет.
Гизриец не колебался. Рыцарь-клерик, осиянный светом бога, в которого не верит. И чем он лучше Леннарта? Только тем, что научен бросаться огненными шарами? Или чутьем лизоблюда, позволяющим понять, кому и как низко надо кланяться?
– Я верю в то, что поможет мне выжить. В столице боятся де Вельта. Но нечего тут бояться. Он не строит козни, не планирует переворота. Он жертва. Его распнут на площади, когда регенту надоест ждать.
– А ты правда в родстве с Вико Пирре?
– Нет. Это сука. Благородные дома Гизрии подтвердили его происхождение в обмен на привилегии. Но, как видите, благосклонность регента та еще дешевка. И за это он рано или поздно заплатит. Жизнью. Де Вельт не поверил в знатность Пирре. Не склонился. Но и не выступил открыто против. Ждите наемных убийц.
– Их шлют на материк частями. – Навен не улыбался.
Новый портал вспыхнул, но какой-то неровный. Разговор оборвался, когда из зыбкого пятна света выпали двое.
Кровь. Антон Фрише прижимал ладони к лицу, и это была не царапина. Лиль не вставала. Она перевернулась на спину и уставилась в сводчатый потолок пустыми глазами. На перемазанной коже виднелись светлые полосы – слезы.
– Они убили ее, – простонал коронер. – Мадаритку.
Леннарт побледнел. Его красивое лицо обескровело за секунды. Навену хватило беглого взгляда, чтобы понять: девчонка невредима. Он приблизился к крысомордому и осмотрел рану. Простые действия – единственный знакомый рецепт борьбы с навалившейся бедой.
Бровь, веко, нос, скула и щека были рассечены. Фрише лишился левого глаза. Навен шептал формулы и бережно придерживал края раны.
– Люди алого ордена прибыли первыми.






