Орсо осторожно подтолкнул Лиль к выходу, боднув широким лбом.
В пустом зале сделалось зябко. Навен молчал. Ему нечего было сказать.
– Я – последняя верховная жрица Мадары.
– А я твой сын. Кровь от крови.
– Вот видишь, как все просто. – Каси не улыбалась. – Только не «я», а «мы». Орсо тоже. Моей вины тут нет. Хотя как посмотреть.
– Виноват я один.
– Ты был ребенком. Мирта, Ватто и я неверно оценили твой потенциал. И вот чем это обернулось. С точки зрения школы, превращение было почти безупречно. От родителей достался талант. Но подвело знание окружающей действительности. Който не просто зверь из леса. Превращение в него – как превращение в другого человека. Магия иного порядка. Вы не погибли, но изменились. У вас одна душа на два тела, если так можно выразиться. Никто не скажет точно – чья.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу
– Только он без меня может жить, а я без него…
– А ты перестаешь быть человеком.
– Слишком громко сказано, – отмахнулся Навен. – Мои раны без него не заживают так легко, как с ним.
– … и твое сердце черствеет.
– Это называется «зрелость», мам. Догадываешься, о чем я спрошу теперь?
Взгляд Каси подернулся легкой дымкой.
– Он был инквизитором алых роб, непревзойденным магом и ученым-богословом, – опережая вопрос, произнесла она. – Сиятельство по сей день верит, что за свою честь я выкупила свободу. Но мы любили друг друга. Недолго, но горячо. Он не знает о тебе. Мы расстались до того, как я сама… узнала о тебе.
– У него есть имя?
– Оно не поможет тебе найти его, – отрезала Каси.
– Зачем мне? – пожал плечами Навен.
– Очевидно, что ни я, ни Ватто не можем помочь вам с Орсо. Магия, разорвавшая, а затем сплавившая вас, будет крепнуть, расти и развиваться. Одним богам известно, чем кончится превращение. Может быть, твой отец, в силу своей причастности к охоте на отступников, знает больше о… запрещенных техниках и школах. Вернуть все на прежние места не сумеет никто. Остается верить, что изменения можно остановить.
– Нет, – твердо произнес он. – Я поклялся Орсо, что сделаю его человеком.
– Ого!
– Это все, что ты можешь сказать?
– На данном этапе.
Мало-помалу жизнь на острове возвращалась в норму. Слова Каси сбылись. Уцелевших послушников вернули родителям. А всех алых роб и псов согнали в порт, погрузили на барку и под военным конвоем проводили в открытое море.
Просто так убраться алые не могли. Просперо произнес на пирсе обличительную речь, которая имела бы смысл, прозвучи в другом месте и перед другой публикой. Он тоже вещал о единобожии и империи. Де Вельт не потрудился дослушать.
– Империя – это я, – громыхнул он. – Регент и великий магистр поиграли в правителей. Хватит. Передай всем мои слова. Вилейский Золотой Лев возвращается домой.






