ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сердцеед Ким Уолен – Ну, и как ты предпочитаешь это сделать? Стоя или лежа? Лаки Стивенсон пожала плечами: – Мне все равно. Как удобнее для тебя? – Стоя и побыстрее. Перегнись через стол. Лаки покорно повиновалась: повернулась к Сэму Керку спиной, положила руки на стол и оперлась на локти для устойчивости. Ее взгляд некоторое время бесцельно блуждал по задней стене кухни Сэма и в конце концов остановился на фотографии с подсолнухом, которую его мать повесила сюда много лет назад. Однако она уже почти вечность стоит в такой позе! Лаки охватило смешанное чувство смущения и раздражения. – Сначала ты почувствуешь укол, потом будет немного больно. Но, в общем, ничего страшного. – Да начинай же! С кислой миной Лаки сжала зубы и приготовилась. Укол. Боль. Она невольно дернулась. Хотя, нет, пожалуй, Сэм прав. Ничего страшного. Через минуту она уже ничего не ощущала. – Отлично. Похоже, они довольно-таки глубоко, но думаю, что я смогу справиться и один. Лаки не отрывала взгляд от фотографии. Неужели это будет длиться до бесконечности? – Держись. Мне придется воспользоваться пинцетом. Пинцетом? – Я уже почти достал. Потерпи. Я должен немного расширить ранку. Сов-сем не-мно-го. Лаки вцепилась в край стола. Еще одна нескончаемая секунда, и пытка прекратится. – Вот! Сэм удовлетворенно вздохнул у нее за спиной. Слава Богу! – Что там? Ты закончил? – Еще нет. Подожди, я вытру кровь и смажу каким-нибудь антисептиком. Думаю, рану нужно зашить – буквально пара стежков. Да, и сделай уколы против столбняка. – Зашить?! – Лаки резко выгнулась, пытаясь заглянуть себе за спину. – Черт побери, Лаки! Стой спокойно. Ты меня всего в крови вымазала, а у меня свидание через двадцать минут, между прочим! – Ну, ля-ля-ля! – Она взглянула Сэму прямо в глаза. – Радуйся, что у тебя нет дроби в ягодицах! По

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А что?

Девушка пожала плечами, размышляя, не предложить ли постирать его брюки.

– Просто интересно. Вы в последнее время очень часто видитесь.

– Не спорю. – По выражению его лица сложно было что-то понять.

– И куда вы собираетесь идти?

– Наверное, где-нибудь поужинаем и пойдем в кино.

Сэм плавным движением поднял пиджак со стула и надел.

– Мне пора идти. Я уже и так опаздываю. Как отсюда выбраться, ты и без меня знаешь.

Лаки пошла к задней двери, потом вдруг остановилась. Сэм вопросительно посмотрел на нее.

– Передавай Мисси привет от меня.

– Хорошо.

– И... спасибо за... Ну, ты понял меня.

Он кивнул, одарив ее озорной улыбкой:

– Да. Увидимся утром в церкви.

– Конечно. Утром. Приятного тебе вечера.

Сэм вышел. Лаки постояла, нахмурившись, потом внезапно, словно очнувшись, повернулась и выскочила из дома, хлопнув дверью.

Со своего места на хорах Лаки могла прекрасно видеть всех прихожан методистской церкви города Фридома, штат Теннесси. Ее родители, Джим и Элейн, обычно сидели на скамье в середине третьего ряда с конца по левой стороне. Лаки пела в церковном хоре с двенадцати лет, а до этого тоже сидела там, внизу между ними, сжатая с двух сторон. Нельзя сказать, что она очень любила и умела петь, но ей казалось забавным смотреть на прихожан сверху во время службы, так что с тех пор она прочно заняла место среди хористов.

Эммет Раклз имел привычку засыпать сразу после «Отче наш», во время проповеди. Именно поэтому он всегда занимал самое последнее место в дальнем ряду, под балконом. По давно заведенному обычаю все делали вид, что не слышат его храпа, хотя даже с хоров, если присмотреться, можно было разглядеть его отвисшую челюсть.

Ламар Томпсон сидел как истукан, с непроницаемым каменным лицом. За шестнадцать лет Лаки не могла припомнить ни единого случая, чтобы он двинул хотя бы мускулом, внимая очередной речи преподобного отца Холкома. Ламар сидел в центре второго ряда от начала.

Никто и никогда за всю историю методистской церкви города Фридома не садился на первый ряд. Это воспринималось как святотатство. Хотя нет, однажды это все-таки произошло. Кузина Минни Робертс, Сью Эллен, приезжавшая иногда в гости из Мемфиса, как-то раз, зайдя в храм, села ровно посередине первого ряда, вызвав тем самым общий неодобрительный вздох всех присутствовавших. С тех пор Минни Робертс никогда не ходила в церковь вместе со своей кузиной.

Рассматривая прихожан, Лаки беспокойно вертелась на стуле. Она взяла с собой подушечку, но та не очень-то помогала – рана все равно побаливала и зудела. Внезапно ее взгляд остановился на Сэме, сидевшем прямо за ее родителями. Он тоже посмотрел на нее, понимающе кивнул и усмехнулся. Лаки с трудом удержалась, чтобы не показать ему язык. По счастью, она вовремя одумалась.