ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Корректировщик Александр Аннин «В солнечную и безветренную погоду крупная акула обычно отбрасывает на поверхность океана свою тень, которая хорошо видна с вертолета. Однако открывать огонь по контуру этой тени, как правило, не имеет смысла: акулы там нет. Тень появляется на значительном расстоянии от реального местонахождения хищника». Джон Доул, ветеран воздушного подразделения по защите населения от морских хищников (штат Флорида). «Если ты вплавь удираешь от акулы, то важно плыть не быстрее акулы, а быстрее того, кто плывет с тобой рядом». Народная мудрость Март 1991 г. Московский уголовный розыск Старший оперуполномоченный МУРа Максим Басов в который раз перечитывал сообщение, поступившее от коллег из областного управления внутренних дел. Суть этой «цидулки», как называл официальные бумаги тридцатитрехлетний майор Басов, сводилась к следующему: в Домодедовском районе лыжник обнаружил в рощице неподалеку от магистрали трупы двух девушек с огнестрельными ранениями в голову. При них были простенькие золотые украшения, немного денег и документы. Таким образом, областные стражи порядка без труда установили, что восемнадцатилетняя Ольга Бурцева и ее ровесница Юлия Денисова работали медсестрами в местной районной больнице. Обе проживали в общежитии медиков. Казалось бы, ну и что? При чем тут, спрашивается, Московский уголовный розыск? Трупы обнаружены в области, потерпевшие проживали и работали в Домодедове. Вот пусть подмосковные менты и распутывают это гиблое дело. Все вроде так, да не совсем. Было одно обстоятельство, и весьма существенное, которое требовало подключения столичных коллег. А именно: содержимое сумочек погибших девушек наводило на мысль, что скромное жалование медсестры вовсе не было основным источником дохода для Ольги и Юлии. Обилие презервативов, порно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мрачным взором окинув шеренгу разноцветных бутылок, сияющие лица полуобнаженных жриц любви, криминальный авторитет понял, что сегодняшний вечер испорчен бесповоротно. И его совсем не согревала мысль о пятидесяти тысячах долларов, ну, нисколечко даже не грела. Скорее наоборот, каким-то могильным холодом вдруг повеяло в блистательном ночном клубе «Монреаль»…

А Андрей Степанович, положив трубку, в отличие от Николая Павловича ощутил прилив энергии и оптимизма. Только теперь он осознал, что так мучило его в последние два года, из-за чего он превратился в нерешительного размазню. Это – смутный образ чернявого, коренастого сыщика, затаившийся в глубинах сознания Андрея Степановича. Того самого сыщика, который два года назад буравил его ледяными глазами и словно видел насквозь все тайные помыслы антиквара…

Теперь, когда Басова не станет, Андрей Степанович вновь обретет былую уверенность и непоколебимость. Да-да, все так и будет. Именно поэтому господин Безлепкин и не стал сбивать «цену головы», назначенную Бургасом в «Трех пескарях».

Бывший следователь по особо важным делам Генеральной прокуратуры РФ Петр Игнатьевич Ванников пребывал в непонятном состоянии духа. На утренней прогулке он видел, как в труповозку грузили закоченевшее тело Веры Ильиничны Ардашкиной. В лицо покойницы Петр Игнатьевич старался не глядеть, и потому пенсионеру назойливо лезла в глаза рука покойницы, свешивающаяся с носилок.

Кисть руки, как выражаются санитары морга, «захрясла», пальцы намертво сжимали недопитую бутылку текилы, и остатки мексиканского пойла тонкой струйкой стекали на мерзлую землю… Бр-р-р.

Потом Ванникову предстоял неприятный, аж до спазма под ложечкой, телефонный звонок в издательский центр «Скиф», заказавший ему мемуары. Дело в том, что поначалу Петр Игнатьевич ни сном, ни духом не ведал, что «Скиф» принадлежит Марату Петровичу Хрипунову. А сам Хрипунов почему-то умалчивал об этом, хотя они жили по соседству и постоянно встречались. Лишь совершенно случайно Елена, занеся Ванникову семена редкого сорта лука, называемого «скиф», проговорилась, что у мужа есть дочернее издательство с таким же названием.

К чему была вся эта игра в прятки, Петр Игнатьевич не мог взять в толк. Как говорится, хоть убейте. Но теперь, после убийства Марата Петровича, он усомнился, а нужны ли вообще его мемуары новым хозяевам империи Хрипунова? И он позвонил человеку, с которым подписывал контракт, чтобы окончательно прояснить ситуацию. Больше всего тревожила Петра Игнатьевича вероятность того, что его заставят вернуть аванс – ну, или хотя бы часть аванса. А это были огромные деньги, и Ванников их уже израсходовал.

– Да вы что, дружище, не пугайте меня, ради Бога! – раздался в трубке знакомый, уверенный басок.