ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Искатели Алан Ле Мэй «Эти люди обладали тем видом храбрости, которая, быть может, является наивысшим человеческим даром: храбростью тех, кто никогда и ни при каких обстоятельствах не сдаётся и просто делает своё дело, даже не думая о том, что он практически совершает невозможное, то, что превосходит любые представления о пределах человеческих сил, и при этом не ощущает себя ни мучеником, ни каким-то особенным храбрецом». Закончив ужинать на закате солнца, Генри Эдвардс вышел из дома, чтобы ещё раз осмотреть окрестности перед тем, как лечь спать. С собой он взял небольшое охотничье ружьё. Он сделал это в надежде, что, увидев это ружьё у него в руках, остальные члены семьи подумают, будто он захотел подстрелить пару куропаток, что, впрочем, было совершенно нереально сделать, находясь так близко от дома. Перед тем как выскользнуть из дома, Эдвардс незаметно прихватил свой тяжёлый шестизарядный кольт и сунул его под куртку. Его жена Марта мыла посуду в деревянном корыте, стоявшем возле стола, а две их дочери — семнадцатилетняя Люси и Дебби, которой только что исполнилось десять, помогали ей. Они протирали посуду насухо и убирали её в кухонный шкаф. Генри не хотел беспокоить их по крайней мере до того, как не убедится сам, что имеются реальные основания для беспокойства, и поэтому не стал объяснять им, зачем он решил выйти из дома так поздно. Но Марта, которая, казалось, вся ушла в мытьё посуды, вдруг бросила ему в спину: — Не забудь взять с собой револьвер, Генри. У жены Генри Эдвардса имелось одно удивительное качество. Внешне она выглядела старше своих лет, особенно если посмотреть на её натруженные руки. Но зато во всём остальном она казалась моложе, чем она была на самом деле, и всё благодаря своему поразительному чувству юмора. Она могла заразительно смеяться над теми

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда наступил полдень, группа преследователей остановилась у небольшого ручья, который тёк в неприметной ложбинке, спрятавшейся среди окрестных холмов, чтобы напоить своих лошадей. В этот момент Эймос решил наконец поделиться с остальными теми выводами, к которым он сам пришёл.

— Аарон, — произнёс он, обращаясь к Аарону Мэтисону, — я испытал бы большое облегчение, если бы убедился, что все здесь присутствующие отдают себе отчёт в том, кого именно мы преследуем сейчас. Потому что мы гонимся совсем не за конокрадами. Мы гонимся в действительности совсем за другими людьми.

— Что ты имеешь в виду?!

— Аарон, мы имеем дело не с обычными индейцами-конокрадами, а с отрядом воинов, которые специально прибыли в наши края для того, чтобы разбойничать, грабить и убивать. — Он помолчал, а потом, глядя в глаза Аарону Мэтисону, негромко промолвил: — Возможно, ты и сам догадывался об этом. Но если ты ни о чём не догадывался, то теперь ты это знаешь. Потому что я только что рассказал тебе об этом.

Читать дальше

Аарон Мэтисон принялся нервно теребить свою густую бороду. Было видно, что слова Эймоса не на шутку взволновали его.

— По крайней мере я мшу ручаться, что это — точно индейцы, а не кто-нибудь другой, — авторитетно заявил старый Мозес Харпер, вызвав невольные улыбки на лицах присутствующих. — Я понял это по манере их езды. Только индейцы передвигаются на лошадях подобным образом. Все белые, в том числе и мексиканцы, ездят по-другому. Они никогда не едут след в след. Так что перед нами — точно индейцы.

— И все лошади у них — маленькие и низкорослые, — подхватил Чарли Мак-Корри. Мартин хмуро посмотрел на него. Он всё ещё дулся на Чарли, не в силах простить ему то, что Чарли сумел совсем недавно безраздельно завладеть всем вниманием Лори Мэтисон, не позволив ему самому даже приблизиться к ней. — Я понял это, приглядевшись к следам, которые они оставили на земле, особенно там, где земля была мягкая и рыхлая. Они передвигаются не на породистых скакунах, а на диких лошадях, которые совсем недавно паслись в прерии и которых они приручили, очевидно, только перед тем, как отправиться в свой поход.

После того как Чарли закончил, вперёд выступил старый охотник Лидже Пауэрс. Когда Пауэрс был помоложе, он сотнями бил бизонов в прерии и торговал их мясом и шкурами. А сейчас, уже практически отойдя от дел, он разъезжал по Техасу, останавливаясь на некоторое время то у одного хозяина ранчо, то у другого и играя роль то ли временного помощника, то ли компаньона и интересного собеседника. За это Пауэрс получал кров, еду и выпивку и был этим вполне доволен.

— То, о чём нам рассказал Эймос, я и сам знал с самого начала, — заявил Пауэрс. — Да, похоже, нам противостоит целый отряд отъявленных головорезов.