ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Псих Игорь Сотников – Дайте мне условность, и я создам новый мир, – распылялся перед своим товарищем, ничем непримечательный среди таких же посетителей бара молодой человек, который, впрочем, своим буйным видом вносил некоторый диссонанс в ряды любителей горячительных напитков, которые к этому времени ещё не успели распрячь в себе зверя, и тем самым – выпустить его на свободу. Конечно, среди посетителей бара были и те, кто ещё со вчерашнего пребывали в должном настрое, но они всё-таки уже не могли найти в себе столько сил, чтобы самым видным образом показать себя, и поэтому находились «в осадке», молча восстанавливая свои силы в уголке бара. – Дайте только время, – как часто поговаривал бармен. – И уж тогда вам не нужен будет никакой зоопарк. Так что наш, такой волнительный молодой человек, был всего лишь одним из первых среди равных, которые только и ждали своего часа, чтобы предстать перед окружающими во всей своей красивой, либо же какой есть изнанке. Да именно так, ведь им – любителям истины – нечего стесняться, раз естество – есть непреложная истина, и от неё никуда не деться. – Бог, этот первый фантаст, создал свою условность – человека – и уже через него мог творить и создавать временность в своём мире, – подкрепляя свои слова крепкими напитками, продолжал доводить свою мысль до товарища этот волнительный молодой человек. – Но в том-то и дело, что любой созданный тобой мир, будет существовать только с твоей позиции человека и – никак иначе, – отвечал ему, как оказалось, очень рассудительный его товарищ. – В этом-то и загвоздка, – в сердцах бросил этот волнительный молодой человек, закинул в себя рюмку и, сказав своему товарищу: «Я сейчас», насколько бодро, настолько же и не стройно двинулся в темную сторону этого заведения, где по его предположению должна была н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Между тем, в этой пантомиме принимал участие и третий участник, выразивший свою заинтересованность во всех этих телодвижениях Ильи и этого (по мнению Лики, замечательного – просто мечта) господина, которым, как вы уже догадались, была сама Лика, удивившаяся тому, что тот самый господин – Максим Леонидович – ставший для неё уже Максом, проявляет кроме неё ещё к кому-то свой интерес.

Конечно, кроме этих трёх был ещё и четвёртый, нервно стучащий своими костяшками пальцев по стойке клиент, для которого ожидание – само по себе уже мука, ну а тут ещё сотрудник вечно на что-то отвлекается! Но всё же этот статист, которыми так полны очереди в различные виды учреждений, был лицом незаинтересованным, а скорее, только интересующимся: когда же, наконец-то, его обслужат, так что его можно просто отфонить.

И вот Илья, под наблюдением двух заинтересованных в его дальнейшей реакции внимательных пар глаз и одной жаждущей только узнать, когда всё это закончится, подносит к себе этот листочек бумаги и, перевернув его к себе с информационной стороны, начинает читать: «Что чмо хочешь её я обую запятые можешь расставить сам…». Прочитав первую часть записки, Илья чувствует, что он покраснел до кончиков ушей, что также не укрылось от внимания Лики и этого господина, который всё также с улыбкой взирал на Илью, оторвавшегося от читки и поднявшего глаза на странного клиента, не сводящего с него своего взгляда.

– Ну, ещё долго? – вдруг выразил нетерпение нервный клиент.

– Нет, ещё один момент, – поспешил успокоить того Илья, на мгновение переведя взгляд на нервного клиента, чтобы отделавшись от него, вернуться к главному.

– Да, ещё один самый важный момент, – сделав ударение на фразе «самый важный», добавил этот господин, указывая на записку.

После чего Илья, вспотев от внутреннего огня, под перекрестными взглядами возвращается к записке: «P.S. Если хочешь получить шанс позвони +7******6…».

Илья поднимает взгляд, но кроме нервного клиента уже никого нет, и Илье ничего другого не остается делать, как поторопится купировать нарастающее возмущение этого клиента, ускорив его обслуживание.

Трудно сказать (а ещё сложнее вспомнить), как Илья смог доработать до перерыва, который незамедлительно привёл его в туалет, где он сходу, с воплями, разбивая руки о зеркало, обрушился на своё изображение в нём.

– Сука, ненавижу! – нанес Илья удар точно в нос своему отображению в зеркале, чем достиг незамедлительных результатов – противник в зеркале согнулся от боли, которая, по странному стечению обстоятельств исходила не от носа, по которому так ловко попал Илья, а почему-то от разящей руки, кровь от которой частично размазалась и на зеркале.